Пышечка

– Я Уиллоудин, – тихо поправляю я, но она не слышит, потому что из комнаты отдыха выплывает Морган – менеджер магазина (слишком взрослая для колледжа, слишком молодая, чтобы годиться нам в матери).

Она высокая, тонкая и гибкая – именно такой будет взрослая Эл.

– Боже мой, привезли новую коллекцию, и она безумно милая! Я чуть не сдохла – от слова совсем! Нет, серьезно, я спустила всю получку! Счета за квартиру? Нет, не слышала!

Эл хохочет, и меня это просто выбешивает. Не понимаю, кого эта чушь может насмешить?!

– Эл.

 – Она называет мою лучшую подругу моим прозвищем. – Ты просто обязана заглянуть в комнату отдыха и кое-что примерить.

Эл оглядывается на меня.

Переступив через себя, я киваю.

Она хлопает в ладоши.

– Ладно, но только очень быстро! – И снова оборачивается ко мне. – Обещаю, я мигом! Наверняка мне все равно ничего не подойдет.

Я вяло улыбаюсь и иду было за ней в подсобку, но потом останавливаюсь, заметив вскинутые брови Морган.

– Мне очень жаль. – Ее губы растягиваются в улыбке, говорящей «вообще-то совсем не жаль».

 – Вход только для сотрудников.

– Подождешь меня тут? – Эл смотрит мне в глаза.

– Ага. Только не задерживайся.

Она ныряет в дверь за спиной у Морган, а Кэлли занимает место за прилавком. Она двигает бедрами в такт какой-то попсовой музычке, звучащей из динамиков, и делает вид, что читает отчет о продажах.

Я протискиваюсь между вешалками и представляю, какой ад творится здесь по субботам. Музыка сменяется на агрессивное техно, и Кэлли делает погромче, а я пользуюсь моментом, чтобы забиться в одну из примерочных.

Кабинка отделена от других шторами, внутри – только маленькая табуреточка. Единственное зеркало – общее, снаружи. Вот же геморрой – выходить из примерочной каждый раз, когда хочешь посмотреть, как что-то на тебе сидит.

По другую сторону шторы слышен скрежет вешалок.

– Куда ушла подруга Эл? – спрашивает Морган.

– Не знаю, – говорит Кэлли. – Не видела, хотя ее трудно не заметить.

– Не будь злюкой, – отвечает Морган.

И вроде бы она меня защищает, но я слышу смех в ее голосе. Через некоторое время Кэлли спрашивает:

– Элль-Белль что-нибудь подошло?

– Она примеряет платья в комнате отдыха.

Снова скрежет вешалок.

– Это, конечно, ужасно мило, что Эл дружит с этой девчонкой, но она только и делает, что таскается следом как собачка. Ну серьезно, неужели своей жизни нету? Тоска какая-то.

При этих словах я вся цепенею от гнева.