Чушь собачья

Не хватало ещё поссориться с устроителями! Ну-ка, ну-ка, дальше…

«Кор.: Как?! До сих пор? А причины?

Рат.: Думаю, хотят отчеканить покрасивее…»

Ну слава богу! Хорошо хоть догадался на шутку свести… А впредь, конечно, поосторожнее надо с господами репортёрами. Шакалы… Тут Ратмир обратил внимание, что Ляля, кажется, недовольна его поведением, и, сложив газету, улыбнулся спутнице.

– У тебя с ней что-нибудь было? – внезапно спросила она.

– С кем? – удивился Ратмир. – А! С Мадлен… Успокойся. Она не в моём вкусе.

Предпочитаю рыженьких худышек. Вернее – рыженькую худышку… – обворожительно уточнил он.

– Я имею в виду: в рабочее время, – пристально глядя ему в глаза, пояснила Ляля. – Когда хозяева развлекаться изволят… Как это у вас там называется? Вязка? Случка?

Ратмир выпрямился и отложил газету. Не так, конечно, как Боб, но тоже довольно резко.

– Ляля! – негодующе одёрнул он. – Ты что же думаешь: раз собака – то, значит, с ней можно обращаться как с бомжом? Собака – это…

– Звучит гордо? – не удержалась она.

– Да, представь себе, звучит! – С каждым словом Ратмир точно натягивал всё туже и туже невидимый поводок. – Конечно, встречаются и среди нас ублюдки, но это же надо последний стыд утратить, чтобы на такое пойти! Всё равно что заявиться сюда на четвереньках и в наморднике!

– В «Собачью радость»? А разве нельзя?

Незримый поводок несколько ослаб.

– Да нет, можно в принципе… Пропускают-то – по бляхе. Просто существуют определённые правила приличия… Точно так же и со случкой.

– А прикажут? – тихо спросила она. Губы её дрогнули.

Поводок натянулся рывком – и лопнул.

– Кто прикажет?! У меня в аттестате записано – боксёр! А Мадлен – болонка! Нас вообще не положено вязать!

Появился официант и поставил на стол дымящееся второе.

Мрачный, будто на цепь посаженный, Ратмир, высвободил завёрнутую в салфетку вилку, наколол кусочек мяса, но, взглянув на несчастное личико рыженькой секретарши, сообразил наконец, в чём дело. Ревнует, дурашка.

– Не бери в голову! – жизнелюбиво посоветовал он.

 – Если такое случится, одно заявление – на стол, другое – в суд, третье – в Общество охраны животных. Не расплатятся…

Ничуть не обрадовавшись услышанному, Ляля медленно-медленно развёртывала салфетку.

– А с той боксёршей? – напомнила она, не поднимая глаз.

Ратмир насупился, покряхтел.

– Н-ну… – сказал он. – Всё-таки, согласись, боксёрша – не болонка… И вообще! Что за наезды? Сама вон с директором…

Ляля вспыхнула.