Работа легкой не бывает

Его неожиданно пышная шевелюра наверняка была попыткой выглядеть моложе своих лет – в первый свой день я больше не нашла в нем ничего такого, к чему могла бы придраться.

– В каких именно… хм… отношениях я должна за ней приглядывать? – спросила я.

– Да практически во всех. В точности ли изложено содержание рекламы, и тому подобное.

– А, то есть следить за качеством ее работы?

– Не только. – Господин Кадзетани медленно, чуть напыщенно покачал головой. – Я хотел бы, чтобы вы сообщали мне, если заметите что-нибудь в ее поведении.

Ну, спасибочки! «Если заметите что-нибудь в ее поведении» – сегодня я видела ее впервые в жизни, так что, само собой разумеется, обращала внимание практически на каждый ее жест. Печенье «Орео», которым она перекусывает в три часа, она ломает на несколько частей и только потом съедает! Шариковые ручки с толстым стержнем предпочитает ручкам с тонким стержнем! Так что же мне теперь, сообщать обо всех этих поведенческих наблюдениях? Ведь нет же, наверное? И я перевела слова господина Кадзетани, в формулировке которого они показались мне несколько уклончивыми, в нечто более понятное, а потом повторила ему:

– Ладно.

Если я увижу, что она делает то, что мне покажется странным, я вам сообщу.

– Правильно, – подхватил он и кивнул. – Итак, увидимся завтра.

С этими словами он забрал у меня подготовленный отчет за день. Я поклонилась, заметила, что он явно оживился, свалив на меня щекотливую задачу, и покинула офисный этаж, пройдя мимо других сотрудников, все еще прилежно занятых работой.

Офисы этой компании, занимавшие второй и третий этажи шестиэтажного здания перед станцией, не были ни просторными, ни тесными. Если точнее, они имели совершенно обычные размеры. Как минимум месяц мне предстояло работать бок о бок с госпожой Эригути в небольшом помещении, разделенном перегородкой.

Что вообще означало это распоряжение «приглядывать за госпожой Эригути»? До сих пор самое сильное впечатление она произвела на меня тем, что оказалась намного моложе меня – вполне возможно, даже на целых десять лет.

Она была миниатюрной и говорила негромким голоском. Ее одежда напомнила мне типовой «костюм соискателя», в каких вчерашние студенты ходят по собеседованиям, и в сочетании с ее ненакрашенным лицом производила довольно блеклое впечатление. Вместе с тем она, обучая меня азам новой работы, продемонстрировала уровень профессионализма, который показался мне почти выдающимся.