Ради тебя одной

– Я в любом случае пойду сегодня гулять. Я не совершил ничего противозаконного, и даже не думай о том, чтобы заставить мне убираться в моей комнате. Я только и слышу от мамы, что я весь в тебя.

Сэм подавил улыбку:

– Хорошо, иди, но чтобы в десять был дома.

– В пол-одиннадцатого.

– В десять пятнадцать. И если ты опоздаешь хотя бы на тридцать секунд, то всю следующую неделю просидишь дома.

– Что? Какого черта ты?..

– Выбирай: либо ты приходишь домой в десять пятнадцать, либо сидишь вечерами дома.

Не дав своему брату возможности возразить, Сэм удалился. Джемма уже освободилась, и он быстро направился к ней, пока не появилась очередная будущая медсестра.

– Мы можем поговорить? – спросил он.

Ее глаза расширились от испуга – очевидно, она неправильно его поняла. Неужели она подумала, что он собирается говорить о личном с женщиной, которая разбила ему сердце?

– О моей матери, – быстро добавил он, и Джемма успокоилась:

– Конечно. Когда?

– Может, после того, как ты закончишь? Не знаю, как ты, а я еще не ужинал.

Джемма медленно кивнула:

– Хорошо. Дай мне еще несколько минут. Если за это время я никому не понадоблюсь, мы уйдем отсюда.

– Прекрасно. – Отрывисто кивнув, Сэм направился к Нику, находящемуся неподалеку.

– А вот и он, – сказал Ник молодому человеку, с которым беседовал. – Доктор Кавендиш работал в гуманитарной организации в Африке. Она называется «Врачи без границ»?

– Нет, но очень похоже, – ответил Сэм.

– Юный Дэвид хочет изучать медицину и помогать людям, живущим в странах третьего мира. Ты не мог бы дать ему несколько советов?

Сэм заставил себя улыбнуться молодому человеку:

– Что ты хочешь узнать?

– Прости за опоздание. Меня задержали.

– Меня тоже. Ник нашел парня с инстинктом смерти. Он хочет работать в Африке. Собирается на год стать сотрудником гуманитарной организации, прежде чем поступать в университет.

– Что ты ему сказал?

– Чтобы он туда не ездил. Ты уже закончила?

– Да.

– Тогда пойдем отсюда. Ты на машине?

– Да. Может, каждый поедет на своей?

– Хорошая идея.

Он направился следом за ней в сторону порта. Свернув на Харбор-Роуд, они проехали мимо развалин отеля «Якорь» и перебрались на другую сторону реки Лансон. Затем они двинулись в конец Бридж-стрит, на которой находился дом Ника Тремэйна и по соседству с ним дом матери Ника.