Разжечь огонь желания

Она поежилась. Было тепло, но ветер усиливался, обещая шторм. Верхушки сосен качались и шумели все сильнее. Со стороны Северной Африки подул сирокко. Все детство Сьерра провела на этой вилле, и, хотя она любила это уединенное красивое место в горах, ей было тяжело вспоминать время, проведенное здесь.

Девочкой, стоя возле окна, она всегда с дрожью наблюдала за подъезжающей к дому машиной отца. А ее сердце сжималось от страха, когда она слышала его грубый голос и плач матери. Нет, ничего хорошего не было в этих воспоминаниях.

Она не останется здесь надолго. Сходит к могиле матери и сразу вернется в Палермо, где найдет себе недорогой отель. А на следующий день к этому времени она уже будет в Лондоне. В Сицилии у нее больше ничего не осталось.

Сьерра быстро направилась к каменной стене, окружавшей виллу. Это место она знала как свои пять пальцев, ведь они с матерью жили здесь постоянно и выезжали лишь тогда, когда Артуро требовал их присутствия на банкетах или мероприятиях, посвященных открытию новых отелей Росси.

Она знала, что на одном удаленном от дороги участке стены каменная кладка была разрушена и в образовавшуюся брешь можно было пролезть. Вряд ли отец занимался ремонтом виллы за прошедшие семь лет. Наверное, он вообще не приезжал сюда, предпочитая одиноко жить в Палермо. Ведь жена с дочерью были нужны ему лишь для того, чтобы изображать счастливую семью перед прессой.

Сьерра вступила в густую тень сосен, и кроны сомкнулись над ее головой, затмив солнечный свет. Снова раздался раскат грома.

Пройдя вдоль стены, она наконец нашла пролом и с трудом пролезла в него. Оказавшись на территории усадьбы, Сьерра направилась в дальний конец двора, где находилась семейная могила.

Сквозь сгущавшуюся предгрозовую мглу она увидела вдалеке белое каменное надгробие, показавшееся ей молчаливым неподвижным призраком. Сьерра прерывисто вздохнула. Она знала, где находится могила матери, – в самом дальнем углу, – хотя и не была на ее похоронах.

ВАЙОЛЕТ РОССИ, ЛЮБИМАЯ ЖЕНА

Она смотрела на четыре слова, вырезанные на могильной плите, пока они не стали расплываться перед ее глазами. Любимая мать, но любимая жена? Сьерра знала, что Вайолет всю жизнь в это верила. Но любовь не может причинять боль, ею нельзя наказывать и унижать.

– Я люблю тебя, мама, – прошептала она, дотронувшись рукой до холодного мрамора.