Логофет базилевса

Но около каждого лежала секира. Визжали девушки, разносившие вино, когда разгоряченные питьем воины щипали их за выдающиеся задницы.

Ираклий целеустремленно вел меня дальше, где было немного почище. Там за столом сидело два пожилых воина. Их, изуродованные шрамами, лица оживились, когда они увидели моего спутника.

– А хренов лохаг, как поживаешь, все купчика своего охраняешь, совсем забыл своих друзей. Давай садись за стол, заорал один, – А это что за верзила, ты посмотри Братомил, он же потолок башкой цепляет.

– Да вижу я все Упырь, что думаешь, ежели пьяный, так и не разгляжу ничего.

Садись паря с нами, расскажи, откуда и куда путь держишь.

Но тут вступил в беседу Ираклий:

Братомил, земляк это ваш, с Киева со мной пришел. Надо бы помочь человеку, в вашей этерии ведь всегда место для такого воина найдется?

– Так ты паря, что с Киева что ли?

– Нет, мужи с Аладъеки я сюда попал.

– Так ты нурманн, али свей, по-нашему, вроде баешь?

– Да вообще то с новугородских я.

– Ну, все равно наш. Как попал то сюда? Вроде говорят, князь то Владимир Мономах войной на Василевса пойти собрался, а ты чего не пошел в войско то?

– Так я, когда пришли мы в Киев, так войско вроде уже ушло. Вот я и решил на Царьград посмотреть, любопытно же. Когда еще такое получится.

Оба воина переглянулись:

– Да ты парень, не промах. Ну-ка встань, повернись. Ну, что же секирой махать сможешь. Вот только опять же на голову будешь выше всех. Короче давай садись, есть еще время поговорим, расскажешь про жисть свою.

Я поднял бокал вина и, вспомнив вчерашнее, поставил его на стол. Мои сотрапезники недоуменно переглянулись, а потом Ираклий коротко рассказал о моем сегодняшнем приключении. Выслушали они эту историю в молчании, но во взглядах, которые они кидали на меня, было видно уважение.

Набрались все мы неплохо. На пути во дворец даже пели песни, и я даже пытался подпевать. На входе в казармы нас остановила стража, увидев незнакомое лицо, но после объяснений, без звука открыли двери.

Я стоял в полном вооружении этериота, с секирой на плече у дверей покоев императора, на другой стороне стоял мой напарник Бонди. Он так же как и я попал в Константинополь в поисках золота и приключений. Это был веселый добродушный парень. Но, вот когда начинали подсмеиваться над его именем, он приходил в ярость, почти как берсерк, теперь это знали уже все, и землекопом его никто не обзывал.