Ресторан «Кумихо». Кастинг для покойников

Даже в ресторанах выдают талончики, если выстроилась большая очередь. Ты что, не слышал, что время – золото? Нечего отнимать наше драгоценное время, – поддакнул ему дядька в очках.

– И это говорите вы – безответственные людишки, отказавшиеся от отпущенного вам бесценного времени. А знаете ли вы, что может быть страшнее отсутствия разумного обоснования? Безответственность, – ухмыльнулся незнакомец.

– Объясните, что все это значит? – попросил его тот же попутчик в деловом костюме.

– Что все это значит? Что видите, то и значит.

Вы те, кто отказался от отпущенного вам драгоценного срока жизни как от ненужного хлама. И вы еще имеете наглость говорить о времени? Даже не смейте вслух произносить это слово, – от его тяжелого взгляда пробирала дрожь.

В этот миг…

Густой туман, скрывавший гору, рассеялся, и она предстала перед нашими взорами, перед нашими взорами, освещенная сиянием радуги. Вдали на дороге, простиравшейся от подножия горы в нашу сторону, показался человек. Судя по постепенно проявляющимся очертаниям, это был крепко сложенный мужчина в длинном черном плаще.

От его тяжелых шагов дрожала земля.

Незнакомец, мешавший нам пройти, подскочил, сложил ладони перед грудью и поклонился.

– Господин Мачон, вы появились быстрее, чем я ожидал, – почтительно поприветствовал он.

– Количество сходится?

– Да, здесь все тринадцать человек из города Квано, которые двенадцатого июня добровольно выбрали смерть. Вот, можете сами проверить.

Преградившего дорогу незнакомца звали Саби, он протянул потрепанную от времени тетрадь закутанному в черный плащ мужчине, который обратился к нам:

– Сейчас я начну перекличку.

Тот, кого я назову, должен немедленно отозваться.

– А почему вы с нами так невежливо разговариваете? Ума не приложу, то ли вы не воспитаны, то ли привыкли ни во что не ставить людей. И что за тон вы взяли? Вас что, в детстве не учили манерам? – снова возмутился очкарик.

– Тебе что-то не нравится? Я пытаюсь хоть как-то помочь вам, несмотря на ваше предательство.

Так что нечего ко мне придираться с такими пустяками, как пренебрежительный тон, – слова Мачона словно окатили нас ледяной водой.

– Простите, я тут прислушался к вашей беседе и не могу не высказаться. Уверен, что мы с вами никогда не встречались. Каким образом я мог предать человека, с которым даже не знаком? Может быть, вы нас с кем-то путаете? – поинтересовался попутчик в деловом костюме.