Родная страна

Я поглядел на часы. Время близилось к полуночи. Поздновато, пожалуй, звонить Барбаре и просить, чтобы замолвила за меня словечко. Но все-таки я написал ей, попросил при случае упомянуть меня в разговоре с Флор Прентис-и-Диас. Все-таки у электронной почты тоже есть свои преимущества.

Потом я проверил состояние своей большой торрентовой загрузки. Файл уже наполовину скачался, к рою присоединилось еще восемь скачивающих пользователей. Интересно, многие ли из них работают в шпионских агентствах с трехбуквенными аббревиатурами.

В дверь тихо постучали. Я открыл. На пороге стояла мама.

– Привет, – сказала она. – Давно проснулся?

– Пару часов назад, – ответил я. – Прости, что не спустился сразу, решил сначала проверить электронную почту. И, знаешь, мне написал Джо Носс, просил позвонить насчет работы. И завтра в половине девятого я пойду на встречу с менеджером его избирательного штаба! Кажется, я нашел работу!

Мама улыбнулась, взъерошила мне волосы, как любила делать, когда я был маленьким.

Это был говорящий жест, он означал, что она мною чрезвычайно гордится. Мне стало тепло от счастья.

– Дорогой мой, это прекрасно! Но как ты себя чувствуешь?

Она осторожно дотронулась до пластыря на носу. Я слегка поморщился. Действие обезболивающих постепенно выветривалось.

– Ну, сломанный нос еще не зажил, зато голова перестала болеть. А в остальном чувствую себя нормально. Все не так плохо, как кажется на вид. Да и могло бы быть намного хуже. Я же, в общем-то, всего лишь упал и пропахал лицом по земле.

 – Я покачал головой. – Многие там пострадали гораздо сильнее, оказались ближе к эпицентру взрыва.

Мама убрала руку.

– Плохо, что ты не позвонил. Мы… Маркус, мы волновались.

Мама ни словом не упомянула, что в прошлом мне уже доводилось вот так же исчезать без вести. Например, после взрыва на мосту Бэй-Бридж, когда меня схватили Кэрри Джонстон и ее приятели; меня держали в тюрьме на Острове Сокровищ, издевались и мучили. Или немного позже, когда я ушел в подполье вместе с Зебом и снова попался в лапы к Джонстон; в тот раз меня пытали на ватерборде, и я пережил имитацию утопления.

Оба этих случая не доставили мне никакого удовольствия, но для мамы с папой они стали сущим адом. Какой же я мерзавец.

– Прости, – потупился я. – Когда мы вернулись в зону, где ловится сотовая связь, я уже крепко спал. Но да, ты права, надо было позвонить.

Мы немного посидели молча, вспоминая самые тяжелые моменты из прошлого.