Роза

– Присаживайтесь, – сказал тут Хартвигсен и придвинул мне стул.

Среди прочей мебели в комнате было фортепьяно, но я удержался, я не стал к нему подходить. Я, наоборот, объяснил Хартвигсену всё, о чём он меня спрашивал, и он накормил меня и напоил. Он был очень со мною любезен и решил поместить меня в доме, а не отправлять в людскую.

– Оставайтесь-ка у меня, вы мне пригодитесь, – сказал он. – Вы супругу имеете? – спросил он и улыбнулся.

– Нет. Мне всего-то двадцать два года. Я ещё расту.

– И вы даже ни в кого не влюблённый?

– Нет.

Потом Хартвигсен сказал:

– Раз вы такой учёный, вы, верно, можете нарисовать мой дом и сарай, иначе сказать – все мои постройки, написать с них картины?

Я улыбнулся и подивился его странным словам: я же только что ему объяснил, что умею рисовать и писать красками.

– У меня в доме столько всякой всячины, – сказал он, – а вокруг дома летают мои голуби, и всему, что вы видите тут, я хозяин. А вот картин у меня нету, – сказал он, – чего нету, того нету.

На это я ему отвечал, что не пожалею трудов и изображу всё, что он пожелает.

Хартвигсен пошёл на пристань, предоставив меня самому себе, а мне и хотелось побыть одному. Двери все были открыты, я ходил куда вздумается, и я долго сидел в лодочном сарае, вознося хвалу Господу за то, что сподобил меня добраться до таких дальних краев и встречать до сих пор только добрых людей.

Праздники прошли, и я принялся рисовать и писать красками дом и сарай Хартвигсена.

Мне кое-что понадобилось для моей работы, я пошёл в лавку и там впервые увидел купца Мака, важного господина. Был он уже в годах, но крепкий, бодрый и держался надменно и важно. На рубашке – дорогая бриллиантовая булавка, часовая цепочка вся увешана золотыми брелоками. Услыхав, что я не какой-то бродяга, а совершенно напротив – решивший постранствовать студент, он сменил свой спесивый тон на отменную учтивость.

Я рисовал, а Хартвигсен не мог нарадоваться на мою работу, всё восхищался, что дома у меня выходят похоже.

Я послал моему другу Мункену Вендту письмо, извещая его, что к нему направляюсь, но задержусь у добрых людей.

– Напишите, что раньше как осенью до него не доберётесь, – сказал мне Хартвигсен. – Летом мне постоянно в вас будет нужда. Вот вернутся суда с Лофотенов, и надо их тоже нарисовать, а уж «Фунтус» особенно – я на нём ходил в Берген[3 - Берген – город и порт на западе Норвегии, на побережье Северного моря.