Свадьба в деревушке

Что-то получше, что-то похуже. Я знаю, ты сможешь их переделать так, чтобы они выглядели помоднее.

– La Boutique? – переспросила Лиззи. Видимо, Джина полагала, что ее племянница знает об этом, судя по всему, известном в Лондоне магазине.

Дэвид насмешливо фыркнул:

– О! Старый добрый Marks and Sparks![10 - Разговорный вариант наименования известной британской компании-ретейлера Marks & Spencer.] Никогда не смогу называть его как-то иначе!

Лиззи наконец поняла, о чем именно шла речь.

– Мне правда все очень нравится, Джина.

Я просто сперва не поняла, что ты имеешь в виду. Видишь ли, пока я была школьницей, вся моя одежда покупалась в Saint Margaret, а не в Saint-Michel.

– Не стоит еще забывать про Charles et Antoine, – добавила Джина.

Дэвид на мгновение сдвинул брови, вспоминая.

– А! Точно! С and А! Чудесное местечко!

Когда Дэвид наконец понес вещи Лиззи в машину, Джина сказала племяннице:

– Он очень хороший, порядочный человек. С ним ты будешь под присмотром.

– А ты знаешь, что он… – Лиззи замялась.

– Гомосексуалист? Да, знаю, – невозмутимо сказала Джина. – Но какая тебе-то разница? Лично мне намного спокойнее выселить тебя из моего дома, если я знаю, что с тобой под одной крышей будет такой человек, как он.

Лиззи была очень рада это слышать. Если вдруг отец узнает про Дэвида и его это обеспокоит, то она сможет призвать на помощь Джину, и та объяснит отцу, что и как.

Ближе к вечеру, когда Лиззи уже как следует обосновалась в той комнате, которую им предстояло делить с Мэг, все обитатели дома собрались в уютном цокольном этаже.

На кухне Мэг с Дэвидом что-то готовили к ужину. Дэвид принес множество продуктов, которые произвели бы впечатление на мадам Уилсон, но мать Лиззи, напротив, поставили бы в тупик. Судя по всему, как объяснила ей Мэг, Дэвид от души затарился в Сохо. На рынке, что на Бервик-стрит, можно было купить разные экзотические продукты, равно как и вполне обычную снедь. Увидев все то, что он принес домой, Мэг пришла в радостное возбуждение.

Они с Дэвидом питали трепетную любовь к гастрономии – любовь, которую Лиззи с Александрой ценили, но не разделяли в полной мере.

В центре большой комнаты, у тихонько щелкающего газового камина, растянулась на одном из диванов Александра, приподняв повыше ступни. Кловер лежала прямо на ней. Оперев на спаниеля книжку, девушка читала, счастливо поглощенная «Анжеликой и султаном». Кловер вписалась в новый дом так, будто всегда тут и жила.