Свобода

Я не успокоюсь, пока не узнаю, куда он подевался.

Мужчина смотрел на него в упор. По лбу струился пот. Попытался хоть немного пошевелиться. Но это оказалось почти невозможно.

Витенька стянул с себя кроваво-красный галстук, аккуратно свернул его пополам и растянул на столе. Потом выдвинул ящик и достал оттуда большой меч с широким лезвием. Прямо как у викингов.

Положил меч рядом с галстуком. Длина в точности одинаковая.

– Я дам тебе привилегию, Адриан, – сказал Витенька. – Хочешь знать какую?

Мужчина долго пялился на него обезумевшим взглядом.

Витенька улыбнулся и продолжал:

– Ты сможешь сам выбрать, в какой последовательности лишиться частей тела, Адриан. Видишь, какой я добрый?

Когда Витенька встал и схватил меч, пульс его не участился ни на один удар в минуту.

3

Ее навигатор никак не мог найти заданный адрес, а ездить туда-сюда по району частной застройки на служебной машине ей не хотелось.

Обычно в таких кварталах бдительные соседи.

В конце концов она решила просто остановиться, отыскав какое-нибудь уединенное парковочное место, чтобы не привлекать внимание. Пока она парковалась, сгустились августовские сумерки, погружая выключенные синие огни в умиротворяющий полумрак. Не говоря уже о бросающемся в глаза слове «Полиция» спереди и по бокам.

Ей пришлось выбирать между вариантами съездить на электричке домой за личным автомобилем или воспользоваться служебной машиной. Она бы потеряла не больше часа.

Навигатор в мобильном телефоне ожидаемо оказался лучше того, что работал в полицейской машине. Он привел ее в лес. Пройдя в надвигающейся темноте довольно большое расстояние, она очутилась на поляне. Поляна плавно перешла в аккуратно подстриженный газон. Тонкие пластиковые трубки, торчащие из земли на одинаковом расстоянии, указывали на то, что здесь собирались проложить извилистую дорожку.

Сколько бы комиссар криминального отдела Дезире Русенквист ни пялилась в свой мобильный телефон, уверенности в том, что она попала куда надо, не прибавлялось.

Ей еще не доводилось бывать в эллинге.

Это место ее предыдущего начальника, Сэма Бергера. И до, и после его бесславного выхода из рядов полиции этот укромный уголок был центральным пунктом его самых потаенных воспоминаний. Можно сказать, его душой.

Если, конечно, это здесь.