Разбойничья злая луна

Почему мы с вождём трудимся в поте лица? Почему ты стоишь и ничего не делаешь?

Фёдор, задрав брови, наблюдал морских ласточек.

– Мужики, какого рожна? – рассеянно осведомился он. – Я фирма, работающая на экспорт. Золотой, в некотором роде, фонд.

– Ты, фирма! – сказал Толик. – Ты портрет Таароа закончил? За ним, между прочим, сегодня делегация прибудет, не забыл?

– Сохнет, – с достоинством обронил Фёдор. – После обеда приглашаю на смотрины.

– А вот интересно, – ехидно начал Лёва.

Фёдор одарил его высокомерным взглядом голубеньких глаз.

– Лёвушка, – кротко промолвил он, – талантливый человек в любом месте и в любую эпоху найдёт точку приложения сил.

– А ты не виляй, – подначил Лёва.

– Хорошо. Пожалуйста. В данный момент я, например, осваиваю технику татуировки акульим зубом. Если это тебя так интересует.

Лёва перестал улыбаться:

– Ты что, серьёзно?

– Лёвушка, это искусство.

Его перебил Толик.

– Нет, кому я завидую, так это Таароа, – признался он с горечью. – Полсотни человек под началом, а? И каких! Все здоровые, умелые, дисциплинированные… А тут послал бог трёх обормотов! Этого из-под зонтика не вытащишь, другой целыми днями на Сыром пляже формулы рисует…

– А я? – обиженно напомнил Лёва.

– А ты яхту на рифы посадил!

Последовало неловкое молчание.

– Мужики! – сказал Фёдор Сидоров, откровенно меняя тему. – А знаете, почему племя Таароа не селится на нашем острове? Из-за тупапау.

– Из-за Натальи? – поразился Лёва.

– Да нет! Из-за настоящих тупапау. Мужики, это феноменально! Оказывается, наш остров кишмя кишит тупапау. Таароа и тот, пока мне позировал, весь извертелся. Вы, говорит, сами скоро отсюда сбежите. Тупапау человека в покое не оставят. Вон, говорит, видишь, заросли шевельнулись? Так это они.

– Не знаю, не встречал, – буркнул Толик, поднимаясь. – Не иначе их Наталья распугала…

7

В деревне было пусто. Проходя мимо своей крытой пальмовыми листьями резиденции, Толик раздражённо покосился на установленную перед входом медную проволоку. Её петли и вывихи успели изрядно потускнеть за месяц, но в целом выглядели всё так же дико.

Сколько бы вышло полезных в хозяйстве вещей, распили он её на части… Нельзя.