Святилище кровавой луны

Но без мира и порядка, которые боги приносили в наш мир, королевства сражаются за то, кто будет править безраздельно.

Удрученно простонав, я поднимаюсь на ноги и шарю в пещере в поисках забытого богами фальшивого живота на случай, если наткнусь на вчерашних чернокровников. Пристегивая его к телу и поправляя платье, я оцениваю камни, выискивая именно тот выступ, за которым прячется кольцо моей клиентки. Как только я замечаю его, я вытаскиваю кожаный мешочек из отверстия и прячу его в потайной карман своего платья.

Заметив золотой браслет, который я украла из кабинета сатира, я наклоняюсь, чтобы поднять его с земли. Когда мой палец касается холодного металла, у меня во рту появляется кислый привкус. Мне кажется неправильным носить то, что я забрала у мертвого существа, пока его тело еще не остыло, как и возвращаться на то место, где мой «друг» убил его. Однако это не означает, что я не почувствую желания положить к себе в карман что-то еще из его вещей.

Возможно, я смогу надеть этот браслет завтра.

Покачивая головой, я подняла сумку с пола, и острая боль пронзила мой живот от того, насколько неправильной кажется сумка, как будто она каким-то образом испорчена из-за того, что в ней лежит книга. Я попыталась не обращать внимания на это ощущение, продолжая заниматься своей утренней рутиной. И все же тошнота осталась, когда я ощупывала себя, пересчитывая все свое оружие. Нож в каждом ботинке, один вшит в платье, булавки в подоле платья на случай, если мне понадобится сбежать, один засунут в мое бюстье, к бедру пристегнут кинжал.

А там должны быть складные ножи…

Я хлопаю по ткани платья, яростно разыскивая второй перочинный нож. Бросаясь к груде одеял, я жду, что услышу лязг, когда буду шуршать тканью. Но звук так и не раздался.

Последний раз, когда я пользовалась своим перочинным ножом, было… черт. В кабинете сатира. Как удобно, что я как раз туда направляюсь.

Разочарованно вздохнув, я еще раз поправляю платье.

Обычно с оружием я чувствую себя более комфортно. Я не думаю о них как о доспехах, скорее как о части моей одежды, которая не позволяет мне чувствовать себя голой. Даже с одним ножом я все еще достаточно «одета». Но сегодня все по-другому. Сегодня я чувствую себя такой же обнаженной и уязвимой, как в тот день, когда сбежала из Хиниксуса. Я бросилась очертя голову навстречу внешнему врагу без доспехов и защиты.