Сдаётся внаём

– Надеюсь, папа, ты не купишь это?

– Нет, – угрюмо проговорил Сомс, – ни это, ни Юнону, на которую ты так засмотрелась.

Флер потянула его за рукав.

– Ах, уйдем отсюда! Отвратительная выставка!

В дверях они опять встретились с Монтом и его товарищем. Но Сомс вывесил дощечку с надписью «Посторонним вход воспрещается» и едва ответил на поклон молодого человека.

– Так, – сказал он, выходя с дочерью на улицу, – кого ты видела у Имоджин?

– Тетю Уинифрид и мсье Профона.

– А, бельгиец! – проворчал Сомс.

 – Что в нем находит твоя тетка?

– Не знаю. Он очень себе на уме. И маме он тоже нравится.

Сомс что-то промычал.

– А еще там были Вэл и его жена.

– Да? – сказал Сомс. – Я думал, они давно уехали обратно в Южную Африку.

– О нет! Они продали свою ферму. Кузен Вал собирается объезжать скаковых лошадей в Сэссексе. Они купили прелестное старинное имение; приглашали меня к себе.

Сомс кашлянул: новость была ему не по вкусу.

– Какова она теперь, его жена?

– Очень спокойная, но, кажется, милая.

Сомс опять кашлянул.

– Вертопрах он, твой кузен Вэл.

– Ну что ты, папа! Они страшно любят друг друга. Я обещала приехать к ним в субботу и погостить до среды.

– Объезжать скаковых лошадей! – повторил Сомс.

Это само по себе было достаточно скверно, но причина его недовольства заключалась в другом: какого черта его племянник вернулся из Африки? Мало им было его собственного развода, так нет же, понадобилось еще, чтобы его родной племянник женился на дочери его соперника – на единокровной сестре Джун и того мальчишки, на которого Флер поглядывала только что из-под рычага водокачки.

Если не принять мер, Флер выведает все о его старых невзгодах! Столько неприятностей сразу! Налетели на него сегодня, точно пчелиный рой!

– Я не одобряю этой поездки, – сказал он.

– Мне хочется посмотреть скаковых лошадей, – ответила Флер, – и они обещали поучить меня ездить верхом.

Ты знаешь, Вэл не может много ходить; но он превосходный наездник. Он мне покажет своих лошадей на галопе.

– Уж эти мне скачки! – сказал Сомс. – Жаль, что война не пристукнула их окончательно. Вэл, я боюсь, пошел в своего отца.

– Я ничего не знаю о его отце.

– Н-да, – промычал Сомс. – Он увлекался лошадьми и умудрился сломать себе шею в Париже на какой-то глупой лестнице. Для твоей тетки это было счастливым избавлением.