Секрет моей души

В пустыне нашли сгоревший остов взятого Брэндом напрокат автомобиля, а жители близлежащей деревни подтвердили, что захоронили обгоревшие останки мужчины и женщины в местной братской могиле.

Но Клеа требовала доказательств, что это был именно Брэнд, а не кто-либо еще. Ни тот факт, что никто ничего не слышал о нем с тех пор, как он пропал, ни то, что его банковские счета остались нетронутыми, не могли сокрушить ее надежды.

Но девять месяцев спустя, после нескольких лет теплящейся надежды, Клеа получила доказательство, которое ее ужаснуло.

Обручальное кольцо Брэнда. Снятое с одного из трупов одним из хоронивших и затем внезапно появившееся в лавке ростовщика на местном деревенском рынке.

Брэнд никогда бы не снял кольцо. Никогда!

Оставалось только посмотреть правде в глаза: Брэнд погиб в той автокатастрофе в пустыне. Он не вернется. Ее любимый муж мертв.

Клеа оставалось лишь завершить все формальности.

Суд рассмотрел то, что ее отец, детективы и юристы хладнокровно называли «фактами», и вынес решение, подтверждающее смерть Брэнда, а затем постановил выдать свидетельство о смерти.

В тот день, когда Клеа получила это свидетельство, ее сердце разбилось на мелкие осколки.

На глаза навернулись слезы, и хорошо знакомые черты лица Гарри превратились в расплывшееся пятно.

– Ну вот, я тебя расстроил. – Гарри стал выглядеть еще несчастнее. – Я не хотел…

– Дело не в тебе. – Клеа зажмурилась. Как она могла объяснить, что теперь каждая мелочь доводила ее до слез? Доктор сказал, это нормально, пройдет.

 – Дело во мне. Просто столько всего навалилось…

Эта фраза заставила Гарри поспешно сделать шаг назад.

Пригладив обшлаг его пиджака, Клеа слабо улыбнулась:

– Все в порядке. Обещаю, я не собираюсь выплакать все глаза.

Гарри быстро осмотрелся по сторонам, затем сказал игриво:

– Можешь плакаться мне в жилетку, когда пожелаешь.

В горле появился комок.

– Хватит с меня слез. Теперь я знаю – Брэнд мертв. Я знаю, что должна двигаться дальше.

Все будет хорошо. – Если бы Клеа повторяла себе такие слова чаще, когда-нибудь она смогла бы поверить в это. Более того, Клеа добавила: – И теперь у меня есть ради чего жить.

– Клеа, если я тебе понадоблюсь…

Несмотря на смелое заявление, Гарри выглядел весьма встревоженным: она может расклеиться здесь, на виду у нью-йоркского высшего общества.

Клеа не смогла сдержать улыбки:

– Спасибо, Гарри. Ты лучший. На лице Гарри отразилось облегчение.