Сила ненависти

Единственный пустой стул стоял слева от него.

Блестящее начало.

– Выглядишь лучше, – ободрительно шепнул тренер, когда я доковылял до него и опустился рядом, стараясь скрыть внезапно накатившее чувство отвращения к собравшимся.

– Вы нашли его? – спросил я, имея в виду свой талисман.

Ответ, как и всегда с момента обнаружения пропажи, был отрицательным. Тренер с сожалением в глазах покачал головой, и я сжал руки в кулаки, переведя взгляд в другой конец стола, где о чем-то перешептывались владельцы клуба.

– Итак, – прервал скрипучий голос, – мы собрались здесь для того, чтобы обсудить нынешнее положение дел, включая ваше неподобающее статусу клуба поведение, мистер Каллахан.

Сперва я решил, что ослышался.

– Едва ли падение на матче без возможности ответить парню, что пнул меня в колено, можно назвать неподобающим, сэр. – Моя ухмылка выдавала больше, чем хотелось бы.

Все взгляды были прикованы ко мне, но ни один не был исполнен сочувствия или понимания, напротив, в воздухе витало столько же осуждающей энергии, сколько бывает в глазах веганов, проходящих мимо стейк-хауса.

– Видите ли, мистер Каллахан, ваша ошибка на поле – не худшая из проблем, – отчеканил мужчина в очках, сидящий по правую руку от директора. Наверно, его заместитель.

– Ошибка? – возмутился я. – Это не было ошибкой, ублюдок нарочно налетел на меня!

– Пожалуйста, воздержитесь от сквернословий, – чопорно вставил кто-то из многочисленных собравшихся, чьего лица я даже не уловил за пеленой вскипающей злости.

– Вы вообще видели записи? – медленно поднялся на ноги, хотя тренерская рука предупреждающе потянула меня за рукав толстовки. Я отдернул свою и для опоры уперся кулаками в край блестящего лоском стола. – По-вашему, это я сделал что-то не так?

– Ответьте на один вопрос, Ник, – сказал де Ла Круа. – Как давно вы употребляете наркотики?

На конференц-зал обрушилась тишина.

Мой гнев застрял в горле вместе с соседствующим вздохом удивления. Я опустил глаза на Далтона, чей опешивший взгляд говорил громче слов.

– Что за чушь? – выпалил уже чуть менее уверенно.

Стены вокруг меня начали сжиматься, и даже чертово окно не помогало. Я снова ощутил отголоски той же беспомощности, что и два года назад. Все повторялось, словно блуждал в замкнутом лабиринте, то и дело натыкаясь на одни и те же повороты, которые никуда не вели.