Синий шепот. Книга 1

Маленькая Цзи Юньхэ любила собирать букеты из цветов, что попадались под руку, подбегать к брату и спрашивать:

– Красивые цветы?

Линь Хаоцин гладил ее по голове, выбирал из волос травинки и веточки, вкладывал ей за ухо цветок и шутливо отвечал:

– Краше всего цветы смотрятся в волосах у моей сестренки.

А теперь от старшего брата с ласковой улыбкой, образ которого хранила память, остался только равнодушный силуэт…

Цзи Юньхэ опустила голову. Девушка лучше всех знала, что между ними произошло. В этом не было ни капли вины Линь Хаоцина.

Вся вина лежала на Цзи Юньхэ, на ней одной…

Когда Цзи Юньхэ вернулась в дом облачного уединения, уже стемнело. Она села, зажгла светильник и стала смотреть, как танцует крошечное пламя. Огонек дрогнул раз, другой. Когда девушка досчитала до пяти, в воздухе повеяло демонической ци и в комнате внезапно возникла черноволосая женщина в бело-красном одеянии.

Цзи Юньхэ передвинула светильник и, не глядя на женщину, спросила:

– Линь Цанлань открыто приказал мне вступить с Линь Хаоцином в борьбу.

Скажи, как далеко он хочет, чтобы я зашла?

– Он желает, чтобы ты сделала все возможное, – холодно ответил тонкий женский голосок.

Цзи Юньхэ улыбнулась:

– Сделала все возможное? Если я действительно приручу тритона, Линь Цанлань правда решится сделать меня правителем долины?

– У правителя свои соображения на этот счет. Не стоит задавать слишком много вопросов. – С этими словами женщина бросила Цзи Юньхэ пилюлю. – Если он обнаружит, что ты не выложилась до конца, не видать тебе противоядия в следующем месяце.

Это все, что тебе следует знать.

Цзи Юньхэ поймала пилюлю, краем глаза заметив, что женщина исчезла, точно призрак, так же внезапно, как появилась. Девушка крепко сжала лекарство и поджала губы.

Все в долине Покорителей Демонов, включая Линь Хаоцина, полагали, что Линь Цанлань трепетно любит Цзи Юньхэ. Старый правитель назначил ее на должность верховного стража, обращался с девушкой почти так же, как с родным сыном, и даже намекал, что она может сменить Линь Хаоцина, став наследницей.

Только одна Цзи Юньхэ прекрасно понимала, что коварный и расчетливый старик ни за что не отдаст южную долину Покорителей Демонов «чужаку», пусть даже приемной дочери. К тому же Линь Цанлань никогда не считал Цзи Юньхэ дочерью. Девушка была в руках правителя лишь пешкой, помогавшей творить темные и неприглядные дела…

Цзи Юньхэ приняла противоядие. Во рту растекся горький привкус.