Сказ о походе Чжэн Хэ в Западный океан. Том 1

Тащат столы для жертвоприношений и расставляют их перед статуей Будды, на них водружают вазы с цветами, курильницы с благовониями. Чжан возмутился:

– Эй вы, насельники, с чего так возгордились, что не повинуетесь императорскому посланцу? Почему не вышел навстречу ваш главный наставник – Цзинь Бифэн? Как посмели вырядиться в холщовые одеяния – знак траура?

Монахи в один голос повинились:

– Господин уполномоченный императорский посланник, умерьте свой гнев! Как на духу признаемся: почтенный Цзинь Бифэн, наш учитель, третьего дни отправился в Нанкин, где состязался с вами, господин, и претерпел всяческие унижения.

Вернувшись, он надолго погрузился в невеселые думы, а нонешней ночью его дух отлетел в буддийский рай Сукхавати.

Небесный наставник еще больше распалился:

– Да что вы несете! Его тело тысячелетиями нетленно, как он мог умереть?

– Ежели господин императорский посланник не верит, можете взглянуть на гроб, сего дни установленный в келье.

Небесный наставник, разумеется, не поверил и направился в келью.

Вошел – и вправду стоит гроб, всего четырьмя гвоздями заколоченный, перед ним траурный экран[138 - В старом Китае гробы полагалось заколачивать семью гвоздями во имя процветания будущих поколений детей и внуков. Экраном в погребальной процессии называлось белое полотнище, ограждающее ближайших родственников покойного от гроба.], в курильницах благовония, горят две восковые свечи, стоит чаша с подаянием. Тут Чжан просто расхохотался:

– Уж не знаю, где сейчас Цзинь Бифэн, но гроб-то не всамделишный.

Монахи стали утверждать, что гроб настоящий.

– Раз так, открывайте, посмотрю, – потребовал Чжан.

При этих словах монахи стали испуганно переглядываться. Тогда даос, коего пуще прежнего одолели сомнения, приказал принести меч и топор. Ему пришлось трижды повторить свое требование – делать нечего, пришлось монахам повиноваться.

– Откройте гроб! – скомандовал Небесный наставник.

Он обращался то к одному, то к другому монаху, но все в один голос твердили, что они, ученики, не смеют открывать гроб своего учителя.

От этих слов недоверие Небесного наставника возросло, он сам схватил топор, взмахнул пару раз и отколол крышку. У буддистов были свои ухищрения – в гробу действительно лежал Цзинь Бифэн.

– Да он тут живой спит, обмануть меня хотите! – вскричал даос. Он дотронулся до тела, но глаза Бифэна оставались плотно закрытыми, словно железные створки, а тело было холодным как лед – похоже, монах и вправду помер.