Сладкое увлечение

Элли окутал запах его тела, совершенно затмевая аромат сирени.

От него пахло старой выделанной кожей и моторным маслом, и она вдруг почувствовала, что хочет прижаться к нему, как изголодавшийся по ласке котенок.

Ее глаза оказались на уровне его бедер, обтянутых мягкой хлопчатобумажной тканью джинсов.

– Как вы сюда проникли? – требовательно поинтересовалась она.

– Калитка была открыта.

О, замечательно! Элли постоянно твердила своим домочадцам, что следует соблюдать меры безопасности, но никто не воспринимал ее всерьез.

Оставив калитку открытой, Гейли выразила молчаливый протест по поводу того, что старшая сестра не желает впускать в дом ее четвероногих друзей, несмотря на их привлекательность.

Разгоряченная и взволнованная, Элли отмахнулась от предложенной Шоном руки.

– Это не дает вам права входить сюда! – рявкнула она, самостоятельно поднимаясь.

– Неужели? Но я тщательно запер калитку, – заметил он. – Кстати, в нее нужно врезать новый замок.

– В моем доме нужно многое обновить, мистер Макелрой.

Единственное, что мне действительно не нужно, так это старый фургон. Могу ли я надеяться на то, что вы приехали сюда, осознав свою ошибку, и намерены забрать эту вашу Розочку?

– Я сожалею, – сказал он.

– Сожалеющим вы не выглядите. – Ей было очень трудно сдерживать раздражение.

– Станет ли вам легче, если я скажу, что искренне верил в то, что вы ждете Розочку?

– Правда? – спросила Элли. – Скажите, вы не поняли мое требование: «Убирайтесь отсюда и захватите с собой Розочку»?

Шон проигнорировал ее саркастичное замечание:

– Я думал, что, как только вы вскроете конверт, вам все станет понятно.

– Так почему же вы явились сюда сейчас?

Он пожал плечами:

– Я точно не знаю. Просто у меня появилось ощущение, будто что-то идет не так. А Базил оставил записку? – спросил Шон, кивнув в сторону коричневого конверта. – Я немного беспокоюсь за него.

– Обо мне вы явно не беспокоитесь. Ваш маленький трюк вчера вечером мог лишить меня работы.

Понравился ли вам лосось? – бросила она ему обвиняющим тоном.

– Я должен признать, что вечер перестал быть душевным сразу после того, как вы уронили мне на колени горячие булочки, – вздохнул он.

– Я надеюсь, вы не ждете извинений.

– Нет. Я полагаю, вы получили записку, которую я вам оставил?

Он оставил ей записку?! Она покачала головой:

– Прошлой ночью мы с ног сбились. Было полно работы. У меня не было времени на чтение записок и милую болтовню.