Следующий год в Гаване

Здесь нет причудливых медных кастрюль и сковородок, нет двойных духовок или промышленных печей, нет просторных столешниц – ничто не напоминает кухню моей бабушки в доме на Альгамбра-Серкл в Корал Гейблс.

Однако для еды, очевидно, это не имеет значения. Черные бобы, рис, мадуро[5 - Жареные бананы.] и запеченная свинина ждут туристов, сидящих снаружи, и, судя по аппетитному запаху, исходящему из кухни, туристы будут довольны.

Три женщины суетятся по кухне – Анна Родригес, еще одна женщина, очень похожая на Луиса, и третья, официантка, которую я уже видела.

У официантки темные волосы, собранные в тугой пучок, из которого выбились отдельные пряди, движения ее невероятно быстры, а выражение лица очень сосредоточенное.

Я опускаю голову, когда она замечает мое появление. Она смотрит на мои сандалии, которые стоят больше, чем заработок среднего кубинца за год. Когда я собирала вещи для этой поездки, то намеренно выбрала наименее броские, предпочитая комфорт и простоту высокой моде. Впрочем, сейчас это не имеет никакого значения.

Мы обе понимаем друг друга без слов, я вижу осуждение в ее взгляде, отчего мне становится стыдно.

Она проносится мимо меня, держа в руке тарелку с тостонес, аромат соленых жареных бананов заполняет крошечное пространство. Пожилая женщина – должно быть, мать Луиса – смотрит на меня так, словно я пришелец с другой планеты, а потом хватает тарелку с едой и выходит из тесной кухни.

Анна поворачивается с улыбкой на лице и ложкой в руке.

– Ты хорошо спала? – спрашивает она меня.

– Да, очень, спасибо.

– Это замечательно. Ты голодна?

– Немного, но я могу подождать. Могу я вам чем-нибудь помочь?

Я знаю кое-что о кубинской гордости, и все же я чувствую себя здесь чужаком, лишним бременем для семьи, на долю которой выпало немало трудностей.

Анна машет мне рукой и указывает на крошечный столик, задвинутый в угол.

– Садись, садись. Ты поешь, и мы поболтаем, пока я закончу готовить. У нас остался только один столик, и на сегодня мы закончим.

– Сколько гостей вы обслуживаете за день?

– Раз на раз не приходится. Между обедом и ужином где-то около сотни.

Выражение моего лица, похоже, выдало мое изумление. Она рассмеялась.

– Со временем к этому привыкаешь.

– Как давно у вас ресторан?

В ее глазах мелькает огонек.

– Официально? Лет двадцать или около того. Неофициально, возможно, чуть дольше. Луис готовил здесь, когда учился в университете, и до сих пор он иногда это делает.