Слишком поздно

Нам никогда не выяснить про подельников Эйсы столько, сколько, наверное, знает она.

Твою мать. Втягивать ее совсем не хочется.

– Плохая мысль.

Далтон встает со словами:

– Не гони. Мысль супер. Эта девка поможет наконец продвинуться в деле. – Направляясь к задней двери, он достает телефон и набирает чей-то номер.

Для него использовать женщин в расследовании – раз плюнуть. Он поступает так почти на каждом задании.

А мне не хочется следовать его примеру.

Но разве меня кто-то спрашивал?.

.

Глава тринадцатая

Слоун

– У тебя так быстро стучит сердце, – говорит Эйса и бросает меня на матрас.

Еще бы. Это были самые жуткие пять минут в моей жизни. Я не знала, удастся ли обмануть его, но благодаря Картеру, прокатило.

– Ты целовал меня все время, что нес через дом, – говорю. – Как ему не ускориться?

Эйса ложится на меня сверху, нежно целует, проводит рукой по волосам. Скользит губами по щеке, потом по шее, останавливается у груди и поднимает взгляд.

– Ты меня любишь, Слоун? – ни с того ни с сего спрашивает он.

Я сглатываю и киваю.

Он приподнимается на вытянутых руках.

– Ну так скажи это вслух.

Изображаю улыбку и говорю:

– Я люблю тебя, Эйса.

Некоторое время он смотрит на меня, словно у него есть некий встроенный детектор лжи, который сейчас проверяет мои слова на правдивость. Потом медленно опускается и, уткнувшись носом мне в шею, говорит:

– Я тоже тебя люблю.

Перекатывается на бок и обнимает, нежно гладит по спине.

Я уже не припомню, когда Эйса, лежа на этой самой кровати, меня просто ласкал, не трахал.

– Только не уходи, Слоун. Не вздумай, сука, меня бросать.

Под его свирепым и в то же время полным отчаяния взглядом я цепенею.

– Ни за что, Эйса.

Он пристально всматривается мне в лицо, а я, лежа в его объятиях, чувствую, как во мне борются любовь и ужас.

Он порывисто целует меня, глубоко пропихивает язык, будто говорит этим, что я принадлежу ему целиком.

В этом уже нет ни капли нежности. Отстранившись, Эйса дышит тяжело, потом встает на колени, стягивает с себя футболку.

– Скажи еще раз, – велит он, снимая футболку уже с меня, а за ней и лифчик. – Скажи, что любишь меня, Слоун, что никогда меня не оставишь.

– Я люблю тебя и никогда не оставлю, – отвечаю в надежде, что последнее скоро станет неправдой.

Эйса снова впивается губами в мои губы, ведет руками по животу, пока не находит пояс штанов.