Случайный флирт

– Головой, конечно, не поклянусь…

– Так ты, оказывается, помнишь. – Подозрение, написанное на ее лице, превратилось в ужас. – О боже! Знать, что ты помнишь, а я – нет…

Теперь Донован почувствовал себя извращенцем, что само по себе абсурд. Но он не знал, что должен сказать, чтобы это ужасное выражение уязвимости исчезло с ее лица.

– Я… Мы… – Лорелея вскочила с дивана и схватила сумочку. – О боже! Мне пора идти.

– Мы просто занимались сексом, Лорелея.

– Ах, вот как. Успокоил, благодарю.

– Ты хочешь репортаж об этом? Прямой репортаж с места событий?

Ее глаза расширились.

– Ты можешь это обеспечить?

Ответом на ее вопрос было его молчание.

Она откашлялась.

– Что ж, все становится лучше и лучше.

Донован почувствовал себя извращенцем вдвойне.

– Лорелея…

Она расправила плечи.

– Думаю, ты прав, Донован. Нам просто нужно не обращать внимания на подобные инсинуации и поднимать на смех всех, у кого хватит наглости заявить об этом.

Донован отчего-то почувствовал себя оскорбленным. Большинство нормальных женщин, не похожих на Лорелею, рассматривали бы его как знатный улов и, конечно, попытались бы извлечь из этого выгоду, а не корили себя. И уж точно, не стали бы сходить с ума. Они оба принадлежат к одной породе, как бы Лорелея ни старалась это отрицать.

Возможно, Лорелея не помнит, но она действительно получила удовольствие. Донован вовсе не тащил ее в постель.

Его самолюбие было ущемлено, и когда Лорелея попыталась прошмыгнуть мимо него, направляясь к двери, все еще бормоча что-то по поводу абсурдности ситуации, Донован схватил ее за локоть и развернул к себе лицом.

– Мои манеры недостаточно плохие, чтобы в следующую нашу встречу снова обсуждать это, Принцесса, но позволь сказать тебе правду. Это был жаркий атлетический секс, и тебе понравилось.

Лорелея с трудом перевела дыхание. Тем не менее Донован отдавал должное ее выдержке. Она смотрела ему прямо в глаза и не отводила взгляда, пока он описывал во всех деталях, как она оседлала его, наподобие пони для поло, и умоляла продолжать еще и еще. Ее зрачки расширились так сильно, что от радужной оболочки оставалось только тонкое голубое кольцо. Дыхание участилось.