Смерть по объявлению

Партон, добавьте в список фамилию мистера Бредона: бэ-эр-е-дэ-о-эн. Как «Лето в Бредоне»?[7 - Имеется в виду популярная песня английского композитора Артура Сомервелла.]

– Совершенно верно.

Мисс Партон любезно записала новое имя и присовокупила еще один незаполненный билет к куче других, лежащих в коробке из-под печенья.

– Что ж, думаю, пора мне отвести вас в вашу конуру, – насмешливо сказал мистер Инглби.

– Валяйте! – ответил мистер Бредон. – То есть я хотел сказать: да, конечно.

– Мы все располагаемся вдоль этого коридора, – пояснил мистер Инглби, показывая дорогу.

 – Со временем вы будете здесь легко ориентироваться. Это кабинет Гарретта, это – Уиллиса, а вот и ваш, между мисс Митьярд и мною. Эта железная лестница напротив ведет на нижний этаж, где в основном располагаются руководители групп и совещательные комнаты. Кстати, не упадите. Человек, чей кабинет вам достался, на прошлой неделе свалился с нее и погиб.

– Что вы говорите?! – встревоженно воскликнул мистер Бредон.

– Сломал себе шею и разбил голову, – пояснил мистер Инглби. – Об одну из этих шишек.

– А зачем вообще нужны эти шишки на перилах? – посетовал мистер Бредон. – Чтобы разбивать о них головы? Это неправильно.

– Нет, не для этого, – сказала подошедшая мисс Росситер, держа в руках блокноты для заметок и промокательную бумагу. – Они предназначены для того, чтобы мальчишки-посыльные не съезжали вниз по перилам, но дело в том, что сами ступеньки такие… э-э… коварные, я бы сказала… О, мистер Армстронг идет.

Начальство не любит разговоров об этой железной лестнице.

– Ну, вот вы и у себя, – сказал мистер Инглби, вняв предупреждению. – Комната такая же, как у всех, разве что радиатор неважно работает. Впрочем, в настоящий момент вас это не должно волновать. Это был кабинет Дина.

– Парня, который свалился с лестницы?

– Да.

Мистер Бредон окинул взглядом тесное помещение, в котором имелись конторка, два стула, шаткий письменный стол и книжная полка.

– О! – произнес он.

– Это было ужасно, – сказала мисс Росситер.

– Да уж, не сомневаюсь, – горячо согласился мистер Бредон.

– Мистер Армстронг как раз диктовал мне, когда мы услышали чудовищный грохот. И он воскликнул: «Боже милостивый, что это?» Я подумала, что это, должно быть, кто-то из мальчишек, потому что в прошлом году один из них упал, когда нес машинку «Элиот-Фишер», – звук был такой же, только еще хуже.