Соблазнение по правилам

– Мисс Бреннер, полагаю, вам не следует вмешиваться, – сказал Базилио. – Мужчины в таком состоянии непредсказуемы, и он намного сильнее вас.

– Я в нормальном состоянии! – отрезал Пейтон. – Вернее, буду. Как только в этом заведении начнут обслуживать платежеспособных клиентов.

– Дайте мне с ним поговорить, – произнесла Ава, понизив голос.

Базилио покачал головой:

– Мы с Маркусом сами справимся.

– Но я его знаю. Мы вместе учились. Он меня послушает. Мы были… друзьями.

При слове «друзья» Пейтон наверняка бы расхохотался.

Они были вынужденными напарниками по курсовому проекту, агрессивно спорили друг с другом и однажды провели вместе страстную ночь. Но друзьями Пейтон и Ава никогда не были.

– Мне очень жаль, мисс Бреннер, – сказал Базилио, – но я не могу позволить вам…

Прежде чем он успел ее остановить, Ава подошла к Пейтону:

– Пейтон? – Она встала прямо перед ним.

Вместо того чтобы посмотреть на Аву, он продолжал сверлить взглядом Дэниса.

– Что?

– Ты зашел слишком далеко.

Пора образумиться.

Он открыл рот, но сомкнул губы, когда посмотрел в ее глаза. Ава уже забыла, до чего у него красивые глаза – оттенка дорогого коньяка, обрамленные густыми черными ресницами.

– Я тебя знаю, – отчетливее произнес он вдруг, но на его лице по-прежнему читалось сомнение. – Знаю?

– Мы вместе учились, – уклончиво ответила Ава. – Много лет назад.

Он казался удивленным.

– Я не помню, чтобы ты училась в Стэнфорде.

– Не в Стэнфорде, – сказала она.

– Тогда где?

Она неохотно произнесла:

– Школа при академии Эмерсон. Здесь, в Чикаго.

Пейтон посмотрел на нее с еще большим удивлением:

– Ты училась в школе при Эмерсоне?

– Да, – спокойно сказала она. – Училась.

Он прищурился, внимательно ее изучая:

– Я тебя не помню.

Аве стало обидно, хотя ей следовало радоваться, что он ее не помнит. Она очень хотела, чтобы он забыл ту девочку, какой она была в школе. Жаль, что она не смогла забыть Пейтона.

Внезапно он поднял руку и обхватил пальцами ее подбородок. Ее опалило его прикосновение, но, казалось, Пейтон ничего не заметил. Он осторожно поворачивал ее лицо из стороны в сторону. Наконец он опустил руку, покачал головой, открыл рот, чтобы заговорить, и вдруг выражение его лица изменилось.

– О боже! Ава Бреннер?

– Да. Это я.

– Ну, черт меня побери!

Он рухнул на табурет, уставившись на нее пронзительным взглядом.