Собрание произведений. Т. II. Проза

По логике вещей ей следовало бы теперь стать собственной пациенткой и начать бубнить при виде персонала «Все вы бегунки-егунки», – но кто бы взялся ее лечить, воспитывать и описывать? – Она этого не сделала. Она поступила иначе. Она сама пошла и виновато рассказала все, как было. Все рассказала: как она работала над статьей, и как ее не принимали к печати, и как она формулы писала задом наперед, и про интересный случай мании сверхценных идей о зерократии, и как коллеги просили копии ее обобщающих факты гипотез, и как они делали копии с копий и еще новые серии совсем неразборчивых копий даже на ротапринтах, – все сама рассказала как есть – и, улыбаясь криво, рассчитывая вызвать сочувствие, проронила смешком:

– Оху-ху…

С тех пор все ее речи начинались и кончались одним и тем же междометием.

* * *

Роман Владимирович Рыжов лежал у себя взаимозаменяемый как никто, а я шел по повестке. Я шел мимо перелицованных дворцов и выпотрошенных храмов умирающего прекрасного города, и в сердце моем звучали медные строки Аполлона Бавли:

На хладной территории Пальмиры

Еще стоят последние кумиры.

Усатая Зиновия Петра

Простерла к ветру метра полтора

Одной руки, наполнив воздух дланью.

Там Николай над рыцарственной ланью

Воссел скача на трех ее ногах —

Исаакий в медной каске в двух шагах

Почтительный как добрый губернатор

Глядит вослед как скачет император

(Но новый идол – маятник Фуко

Сам низок – хоть подвешен высоко

Бахвалится в нем плоскостью увечной

И сепетит качаньем бессердечный).

Поставленный от Павла Петр другой

Идет вперед намереньем благой —

Другое их намеренье благое

Примерно удалилось в Бологое…

Там полководцы медною четой

Охвачены мечтательной тщетой

Вперили взоры в суетны высоты

Что вместо Бога им сулят пустоты

Затем, что сбит за спинами их крест

С соборных башен одаль и окрест.

Их хрупкий брат того же интереса

Стоит во всеоружии Ареса

Направя очи поперек Невы

Из-подо лба прекрасной головы,

Которую венчают лавры славы, —

Пред ним мечети мнительные главы,

И львами огражденная река

Не в силах обогнуть Броневика

На истукан глядит его с волненьем

Суля подмыть столетним наводненьем.