Спираль зла

] и вечерней он был обязан посетить двадцать семь деревень и за неделю проезжал самое меньшее километров триста. В 8:30 святой отец причащал небольшую группу верующих – настолько небольшую, что церковь с ними выглядела еще более пустой, чем если б она была заброшена, а все ее служители давно ушли на пенсию. Дальше он отправлялся к своей пастве в самые бедные деревни, жители которых не могли даже переехать в другие места, увеличивая тем самым количество объединений с молодыми христианами региона. Но его обязанностью было поддерживать угасающий пламень веры, как бы мучительно это ни было в условиях, когда тебя постоянно гложет тоска по дому.

Тоска по континенту, имеющему форму черепа, где рассветы не имеют себе равных… «И что заставило меня поехать сюда? Почему я выбрал эту чужую мне землю, которая вообще ни во что не верит?»

На этот раз раздобыть телефон Цорна оказалось очень трудным делом. Он нигде не появлялся. Кончилось тем, что пришлось дозвониться до прихода в Перро-Гиреке, до такого же африканского священника, как и он сам.

Отец Эйенга вкратце объяснил ему ситуацию.

– Да без проблем, я все узнаю и тебе перезвоню.

Через полчаса священник из Перро-Гирека позвонил.

– Странный тип этот твой Цорн, – сказал он.

– А что такое?

– Сам поймешь, когда его увидишь.

Но дожидаться встречи с продюсером, чтобы понять, что хотел сказать его коллега, Эйенге не пришлось.

Он припомнил их телефонный разговор, и по телу прошла дрожь. Ни разу в жизни он не встречался с подобным цинизмом.

Хотя поначалу Цорн был вежлив и мил, его голос в аппарате не то шипел, не то рычал, и впечатление производил очень неприятное.

– Очень любезно с вашей стороны, отец мой, взять на себя эти заботы, – заявил продюсер.

– Сказать по правде, я плохо понимаю… – отозвался священник, после того как рассказал о своей встрече с Маттиасом Ложье. – Вы были с ним знакомы?

– О да, мы путешествовали вместе. Это был… Это один из лучших знакомых мне техников.

– Он чего-то очень боится, просто умирает от страха.

Этот конверт он вручил мне буквально силой, настаивая, чтобы я отдал его только вам в руки.

– Понимаю, отец мой.

Однако сам священник явно ничего не понимал.

– Вам известно, что там внутри?

– Вы открывали его, отец мой? – не ответив, спросил Цорн все тем же нежнейшим голосом.

– Э-э… конечно, нет…

– Ведь вы – человек принципа, отец мой? Человек добродетельный…

Услышав эти слова, Эйенга вздрогнул.