Спираль зла

– У меня такое впечатление, что они побегут за мной…

Сервасу приходилось видеть в кино, как гуси нападают на коров, на слонов, даже на горилл и тигров, – но еще ни разу ему не приходилось самому быть целью гусиной атаки. Может, не случайно это произошло именно сегодня… Словно в подтверждение его опасений, белый гусь, что шел впереди, погнался за Венсаном, который совершил фатальную ошибку: повернулся спиной и бросился бежать. Сервас увидел, как гусак, взмахнув крыльями, оторвался от земли и атаковал Венсана с воздуха, прямо в затылок.

– Вот дрянь! Кусается! Слезай сейчас же!

Сервас чуть не расхохотался. Он почему-то представил себе, как пишет объяснение: применил табельное оружие с целью спасения жизни товарища. Эсперандье носился взад-вперед по рапсовому полю, а за ним то бегом, то взлетая, неслись гуси, время от времени атакуя с воздуха. Сервасу очень хотелось вытащить телефон и заснять все это на видео. Вдруг с подножия холма раздались два громких свиста, а потом женский голос крикнул:

– Хватит, девочки! Валите отсюда!

И еще один свист.

У подножия холма Сервас увидел ульи, а рядом с ними – женщину. Это была Виктория дю Вельц, сестра Стана дю Вельца.

Пчеловод.

Они медленно начали спускаться с холма ей навстречу. На ней была куртка, защитные перчатки и шляпа с защитной сеткой. Под сеткой Сервас различил квадратное лицо и маленькие, блестящие и жесткие глаза. Вокруг нее вились несколько пчел.

– Вы ведь из полиции? – бросила она. – Это вы звонили мне вчера? По поводу моего братишки?

– Совершенно верно, мадам дю Вельц, – ответил Сервас. – Нам нужно задать вам несколько вопросов.

– Только побыстрее. У меня еще много дел.

Сервас и Венсан переглянулись. Казалось, смерть брата ничуть ее не потрясла.

– Вы не могли бы пойти вместе с нами?

– Вы и пчел тоже боитесь? – ухмыльнулась она, отходя от ульев.

– И снимите шляпу, пожалуйста.

Виктория послушалась и смерила их взглядом.

– Что вы хотите узнать, господа эксперты?

– Прежде всего, принести вам соболезнования…

– Не трудитесь. Мы с братом никогда не были, как говорится, на одной волне.

– Объясните, пожалуйста…

– Я полагаю, вы знаете, что он лежал в клинике для душевнобольных… Стан был человеком слабым, сверхчувствительным с самого раннего детства. Уже в школе он отличался тщедушностью и малым ростом: так, птичка-невеличка…

«Не то, что ты…» – подумал Сервас.