Среди убийц. 27 лет на страже порядка в тюрьмах с самой дурной славой

Я не хотела отказываться от нее, с какой стати? Злость, вот что я чувствовала, затягиваясь сигаретой. Я злилась и в то же время чувствовала горечь.

Мы находились на финальном отрезке пути. Это была Дю-Кэйн-роуд, и справа от нас располагалась Хаммерсмитская больница. До контрольно-пропускного пункта оставалось менее ста метров. Главный вход в Уормвуд-Скрабс. Я сомневаюсь, что в Великобритании найдется человек, который не узнает ее легендарные башни. Грозные. Пропитанные историей. Снятые в бесчисленном количестве фильмов и телешоу.

Ворота в наше будущее. Меня затошнило.

Мы оставили автомобиль на парковке для персонала и пошли по дорожке. Мы до сих пор практически не разговаривали друг с другом. Хруст гравия под подошвой ботинок заполнял тишину.

На мне была униформа: черные брюки и белая рубашка, но без погон. Я наотрез отказалась от них в то утро, не желая ассоциироваться с Холлоуэй. Я разорвала все связи с тем местом в тот момент, когда получила письмо о переводе.

Служебный вход выглядел куда менее гламурно.

Я не ожидала приветственной церемонии, но хотела хотя бы немного дружелюбия.

– Старший надзиратель Фрейк прибыла на службу, – доложила я, когда мы встали на входе. Я показала удостоверение личности.

Парень за стеклом просмотрел бумаги и поднял на меня глаза.

– У меня нет никакой информации о том, что вы должны были приехать, – ответил он.

Отличное начало. Я осмотрелась. Мне это все не понравилось. Прикуси язык, Ванесса.

– Подождите минуту, – сказал он и взял телефонную трубку.

Я и не собиралась никуда идти. Мой сарказм зашкаливал. Я перевела взгляд на Сару, которая выглядела не менее ошарашенной. Я не верила в предзнаменования, но, может быть, кто-то пытался показать нам, что с этого момента все пойдет под откос? Серьезно, Ванесса, просто успокойся.

Я не знаю, сколько времени прошло, но в итоге за нами пришел руководитель отдела кадров. Все это время мы с Сарой разговаривали, и я пыталась себя контролировать. Уровень страха поднялся в десять раз, если это вообще было возможно.

Поэтому, когда руководитель отдела кадров поприветствовала нас с широкой улыбкой, я была ошеломлена.

– Итак, дамы! – сказала она, указывая на нас. – Идемте в мой кабинет, я приготовлю вам чай.

Это была музыка для моих ушей. Чай и сигареты – две мои любимые вещи.

Нас проводили в сборное здание 1960-х годов с другой стороны от входа, которое не имело ничего общего с историческими зданиями, где нам еще предстояло оказаться.