Сталь и камень

Мы смотрим друг на друга, сталь против стали, однако противник мой ничуть не устал.

– Глупец… – рычит он, приблизившись к моему лицу. – Я бог! – Он бросается вперед, и мощь его сравнима с яростью тысячи бурь.

Я собираю все свои силы и решимость, принимаю боевую стойку и отвечаю сквозь стиснутые зубы:

– Теперь ты из плоти и крови.

Молниеносным движением я выхватываю свободной рукой кинжал, прикрепленный к ноге, и быстро вонзаю его в лицо бога, оставляя горящий след ярости на его щеке. Алая жидкость покрывает лезвие кинжала, и ленивые ручейки текут по его лицу.

Когда первая капля падает на пол, бог изумленно вздрагивает. Его хватка слабеет, и он потрясенно пятится.

Я пользуюсь моментом и взмахиваю своим мечом во вспышке серебряной ярости, отчаянно желая снести чудовищу голову. Сверкающая сталь разрезает воздух, уверенно направляясь к цели, как вдруг до меня доносится хрупкий, словно хрусталь, голос:

– Филлип, нет!

Я вздрагиваю.

– Аврора? – растерянно переспрашиваю я.

– Убери меч, прошу тебя! – умоляет она дрожащим голосом и направляется ко мне.

 – Это я призвала его.

Моя любимая выходит вперед и протягивает руку чудовищу, которое я держу на острие клинка.

Я недоуменно моргаю, не в силах понять происходящее.

– Милая, что ты сделала? – с трудом произношу я, нахмурившись.

– С меня достаточно, – тихо произносит темный бог, уставившись своими злобными глазами на мою суженую. – Идем со мной, принцесса.

И я с изумлением понимаю, что она не возражает.

– Ты не получишь ее! – выкрикиваю я.

Ярость вспыхивает в моих венах, словно лесной пожар. – Она моя и останется здесь до конца наших дней!

Бог переводит взгляд на меня. Потустороннее пламя сверкает в его диких глазах, и в комнате резко становится холодно. Я чувствую ледяной воздух на своей коже, и с каждым хриплым выдохом, который срывается с моих губ, белый туман все больше окутывает мое лицо.

Мороз ползет по стенам и потрескивает на зеркалах бального зала. Время замедляется. Меня наполняет холодная тишина, такая глубокая и всепоглощающая, что кажется, будто кровь застыла.

– Аврора, – тихо молю я. – Не оставляй меня.

Она поворачивается ко мне: по ее безупречному лицу проносится вихрь эмоций.

– Филлип, – молит меня девушка, и ее голос полон нежности и ужаса. – Я не могу избежать своей судьбы.

Впервые в жизни меня охватывает истинный страх. Мысль о сражении с темным богом едва ли пугает меня, но риск потерять свою возлюбленную потрясает до глубины души.