Старость аксолотля

В зуме росла грубым полумесяцем солнечных отблесков чаша гугловского конструкта. Гжесь запустил отсчет, нацелил правую руку, числа уменьшались, кривые сближались, пока наконец не наложились друг на друга – и «Хорус» за долю секунды совершил запрограммированное движение, отцепив паруса крыльев, выстрелив из руки якорной нитью и свернувшись в эмбрион-шар.

Якорь зацепился за конструкт – который миновал орбиту Гжеся в нескольких десятках метров от него, с разницей векторов[143 - Вектор движения объекта в пространстве определяет его положение, направление перемещения и скорость.

Чтобы два объекта встретились и соединились (а не, например, разминулись или столкнулись), они должны уравнять свои векторы.] в несколько метров в секунду – и «Хоруса» дернуло, затем потащило в сторону, по результирующей обеих орбит. Мех начал сматывать нить, но прежде чем домотал ее на четверть, результирующая перешла в плотную спираль. Вращаясь по кривой с уменьшающимся радиусом, разогнавшийся робот Гжеся врезался в бок рефлектора[144 - Элемент радиотелескопа, вогнутая чаша, отражающая (рефлектирующая) радиоволны к регистрирующему их приемнику, находящемуся в фокусе радиоколлектора. ].

Удар выгнул ему обе голени, размозжил правое сопло и вмял правое плечо: больше пошевелить им он уже не мог. Однако связь сохранилась, в его досягаемости имелись по крайней мере три открытых спутника «Black Castle» и восстановленные спутники «Иридиум»[145 - Одна из первых систем телекоммуникационных спутников, размещенных на шести околоземных орбитах на высоте 780 км.

Начала свою работу в 1998 году.], что вполне его устраивало.

Отцепив якорную нить, он включил магниты и перевалился через край. Тот же край отбрасывал тень, рассекавший внутренность чаши почти точно пополам, от радиоколлектора[146 - Элемент радиотелескопа, в котором сходятся (фокусируются) отраженные чашей рефлектора сигналы.], размещенного в геометрическом фокусе, до тянувшихся вдоль колец многоэтажных галерей.

Гжесь повел зумом по этой линии, не сразу заметив движение в путанице механизмов, которыми были забиты галереи. Будто оживающие скульптуры в замке Дракулы, все роботы, выключенные и защелкнутые в своих гнездах питания и консервации, теперь одновременно запускались, распрямляли конечности, выдвигались в открытый космос. Удар «Хоруса» о конструкт, видимо, прошелся по его алюминиево-титановому костяку, будто тектоническое сотрясение по коре планеты.