Стеклянное лицо

Отпустив слуг, Чилдерсины забрались в обитые узорчатой тканью носилки. Неверфелл послушно села рядом с Зуэль. Но едва носилки пришли в движение и начали спуск, покачиваясь и подергиваясь, она не утерпела и вскочила с места.

– Неверфелл!

Не обращая внимания на предостерегающий оклик, Неверфелл высунулась за борт и принялась вглядываться в темноту шахты, туда, где дрожали натянутые канаты. Она почти рассмотрела медленно вращающийся барабан и систему осей и колес вокруг него, когда ее рывком затянули внутрь.

– Прости, – примирительно прошептала Неверфелл, возвращаясь на свое место. – Я только хотела посмотреть, как оно работает.

Зуэль вздохнула и ответила одними губами:

– Ничего. Не. Делай. Помнишь?

Неверфелл понурилась и принялась ковырять носком туфли пол носилок. Но когда спуск завершился, все мысли мигом вылетели у нее из головы.

Пещера, открывшаяся ее взору, была невысокой, но широкой – шире любой, что Неверфелл видела прежде. С грубо обтесанного потолка свисало множество светильников; каменные своды то возносились наподобие соборных куполов, то обрушивались вниз грозными зубцами.

На мгновение Неверфелл показалось, что и пол пещеры представляет собой беспорядочное смешение выступов и ущелий. Но, когда по нему пробежала легкая рябь, она поняла, что это не пол, а отражение потолка в зеркальной глади бескрайнего темного озера.

Неверфелл вместе с другими пассажирами покинула носилки, постаравшись как можно скорее отойти подальше от шахты, которая уходила вниз, в глубины Каверны.

На левом берегу озера их уже ждали белые гондолы. У одетых в белое гондольеров были одинаковые вдохновенно-задумчивые Лица.

Чтобы перевезти семейство Чилдерсинов, потребовалась небольшая флотилия. Неверфелл даже не пыталась вслушиваться в разговоры соседей по лодке. То тут, то там потолок почти соприкасался с водой; завороженная Неверфелл наблюдала, как гондольеры ловко лавируют между каменными выступами, едва двигая шестами. До нее донесся легкий всплеск, и Неверфелл показалось, что она заметила плывущую крысу.

Наконец потолок стал подниматься, и Неверфелл, раскрыв от изумления рот и запрокинув голову, принялась оглядывать самую большую пещеру, в какой ей доводилось бывать.

Она была почти круглой, а куполообразный потолок невообразимой высоты терялся во тьме. По стенам струились бесчисленные серебряные ручейки и водопады. Посреди пещеры поднимался из воды невысокий остров, к которому и направлялись гондолы.