Стоик

Да что говорить, глядя на нее и вспоминая терпимость Бернис по отношению к ней, он вдруг подумал, что нет никаких оснований не продлить это кажущееся примирение между ними и не взять Эйлин с собой за границу. Нет, не обязательно в его обществе, а скорее приблизительно в то же время, чтобы создать впечатление о них как о хорошей семейной паре. Она могла бы даже плыть одним пароходом с ним, если удастся устроить дела с этим Толлифером или кем-то другим, чтобы снять с его, Каупервуда, плеч груз заботы о ней.

Потому что было бы неплохо, если бы человек, который по его указке станет проявлять интерес к Эйлин, проявлял этот интерес и на пароходе, а не только здесь, потому что нельзя допустить, чтобы она каким-то образом пересеклась с ним и Бернис.

– У тебя есть какие-нибудь планы на сегодняшний вечер? – вкрадчиво спросил он.

– Нет, никаких особенных планов, – ответила она, поскольку, судя по его виду, каким бы дружелюбным он ни казался, Каупервуду, видимо, что-то требовалось от нее, хотя она и представить себе не могла, что у него на уме.

 – А ты что – собираешься здесь остаться на какое-то время?

– Да, на какое-то время. Ну, точнее сказать, буду появляться. У меня есть планы, которые не исключают мою поездку за границу, и я бы хотел обсудить это с тобой. – Тут он помолчал, не будучи уверен, как продолжать. Дело было очень нелегкое, очень сложное.

 – И я бы хотел, чтобы ты немного поразвлекала меня, пока я здесь. Ты не возражаешь?

– Нет, – коротко ответила она, чувствуя его уклончивость. Она понимала, что его мысли были не с ней, даже сейчас, после такого долгого разделения. Какая-то невыносимая усталость и обескураженность нахлынули на нее, она была даже не в силах возразить ему.

– Не хотела бы ты съездить в оперу сегодня вечером? – спросил он ее затем.

– Почему нет, если ты этого и в самом деле хочешь? – В конечном счете побыть рядом с ним, пусть даже и недолго, было для нее благом.

– Конечно, хочу, – ответил он. – И я хочу, чтобы ты поехала со мной. Ведь ты все же моя жена и хозяйка этого дома, и независимо от того, что ты обо мне думаешь, нам необходимо сохранять внешнюю благопристойность. Ни мне, ни тебе это не повредит, а напротив, может пойти на пользу.