Страна потерянных вещей. Книга 2

По ее словам, мать не смогла бы пережить без него здешнюю суровую зиму, но потом выяснилось, что она не хотела встречать без него и английскую весну или осень, хотя лето на пару-тройку недель вполне могла вытерпеть. В свое время они вместе исследовали удаленные от больших городов сельские места, он и она, нанося на карты старые курганы, фотографируя каменные круги и заброшенные крепости, а также собирая народные сказки и легенды, даже красочные старинные и сугубо местные словечки, чтобы придать текстуру малопонятным научным статьям, которые публиковал отец, или главам в книгах, предназначенных для чтения лишь таким же эксцентричным и одержимым людям, как он сам, – по крайней мере, как всегда считала Церера.

Церера далеко не сразу поняла, почему увлечение отца настолько отталкивало ее, и «Книга потерянных вещей» напомнила ей причину: она находила истории, которые он предпочитал, откровенно пугающими. И сейчас увидела его призрак, сидящий в любимом кресле у пустого камина, и даже уловила запах земли и табачного дыма, исходящий от его кардигана.

«Есть и другая Англия, Церера: скрытый край, тайное царство, а все эти повествования – это его отголоски, его история…»

Но ей не хотелось прислушиваться к этим отголоскам. Они говорили о жестокости, развращенности и пороке. Пусть они бесследно исчезнут. Пусть они будут потеряны навсегда. Словно назло ему, Церера вместо этого решила читать то, что демонстративно называла «своими» сказками – термин, который всегда заставлял ее отца морщиться, – и чем красивей принцесса и чем счастливей конец, тем лучше.

– Но это не феи, Церера, – втолковывал он ей.

– Это добрые феи.

– Такого понятия не существует.

– Потому что ты веришь только в плохих.

– Плохих фей тоже не существует.

– Но если они не хорошие и не плохие, то тогда какие же?

– Они иные, Церера, вот какие: просто иные.

И голос его был тверд и полон убежденности, как у человека, который верил в объективную реальность подобных существ – поскольку он действительно верил. Для ее отца прошлое и настоящее шли рука об руку, в основном параллельно друг другу, но иногда все-таки соприкасались: в древних местах, где земля хранит воспоминания точно так же, как кладбища хранят тела.