Странные игры

Некоторое время они играли фигурками в песочнице, а потом Робин обратила внимание, что ее самой на игровом поле нет, и Лаура, захихикав, выбрала фиолетового тролля. Правда, тут же извинилась за шутку и заменила тролля на Барби. Фигурки Чудо-женщины, Барби и родителей она поставила кружком – вроде как все четверо собрались за ланчем.

Затем Робин предложила закончить игру, и девочка принялась рисовать Кэти – уже не в первый раз за последнее время. Обычно подружка получалась у нее улыбающейся, с ангельскими крылышками на спине и обязательно в каком-нибудь красивом месте.

Лаура объясняла, что Кэти умерла и теперь живет на небесах. Похоже, такое объяснение ее успокаивало, и Робин испытывала удовлетворение: наконец в душе пациентки воцарился мир.

Через несколько минут в дверь позвонили.

– Наверное, пришла твоя мама, – улыбнулась Робин.

– Но ведь я еще не дорисовала! – возмутилась Лаура, сосредоточившись на прическе ангела Кэти.

– Ничего, время у тебя есть – мы пока поболтаем.

Робин вышла из игровой комнаты, и в открытую дверь тут же ворвался большой американский бульдог.

– Менни! – прикрикнула на него Робин. – Ну-ка брысь отсюда!

Помахивая хвостом, собака подошла к столику и обнюхала Лауру. Та засмеялась и выставила вперед руки:

– Фу, щекотно!

– Выходим, – приказала Робин, схватив бульдога за ошейник, и вывела его из комнаты.

Оставлять Менни наедине с Лаурой она не боялась – ее питомец ни за что человека не обидел бы. Другое дело игрушки. Пес имел неприятную привычку воровать их и пережевывать до неузнаваемости.

Особую страсть он питал к пластмассовым стетоскопам, и Робин уже три раза приходилось покупать новый.

Притворив дверь, она отпустила Менни и пошла открывать. Стоявшая на крыльце Бет здорово походила на игрушечную балерину, которой обозначила ее в игре Лаура: такая же худенькая, жилистая, с забранными в пучок черными волосами.

– Здравствуй, Бет, – приветствовала ее Робин. – Лаура в игровой комнате, хочет закончить рисунок.

– А, ну и отлично, – отозвалась мать пациентки, отступив на шаг, когда Менни обнюхал ее лодыжку.

 – Как она сегодня?

– Неплохо, – улыбнулась Робин. – По-моему, ей гораздо лучше.

– Так и есть, – подтвердила Бет. – Кошмаров не было уже восемь дней. Новый рекорд! И о Кэти она теперь говорит гораздо больше.

– Хороший признак, – согласилась Робин. – Помнишь, когда она пришла в первый раз, даже имя подружки произнести отказывалась. Любое упоминание о Кэти тут же пробуждало в ней тревогу.