Счастье в подарок

Однако спустя несколько месяцев она перенесла тяжелейшую травму, которая навсегда оборвала блестящую карьеру и грозила окончательно сломить ее. Тем не менее за четыре последние года, во всяком случае внешне, Энди сумела вернуть себе былую уверенность, но как спрятать оставшиеся на теле уродливые шрамы? Она не собиралась показывать их мужчине, особенно такому красивому и загадочному, как Дариус Стерн, без сомнения выбиравшему подруг среди самых красивых женщин мира. Разве его может заинтересовать скромница Энди, скрывающая от всех душевные и физические раны.

– Дариус?

Скрывая раздражение, Дариус бросил последний взгляд на красавицу блондинку в другом конце ресторана и нехотя переключил внимание на сидящих за столом брата, мать и отчима. Он почти забыл о них, наблюдая за хрупкой женщиной за дальним столом. Ему не стоило труда еще при входе понять, кто ее компаньоны, и потерять к ним интерес: внешнее сходство указывало на то, что сидящая рядом с незнакомкой женщина – ее сестра, а мужчина рядом – скорее всего, муж сестры.

Четвертый стул оставался свободным.

Дариуса очаровала волшебная красота незнакомки. Ее прямые пепельно-белокурые волосы падали ниже плеч, огромные зеленые глаза сияли на прекрасном тонком лице. Именно необыкновенные, загадочные глаза заворожили его при первом взгляде.

Удивительно, ведь она совсем не в его вкусе. Дариус предпочитал женщин постарше и более искушенных, чем это юное создание. Все, на что, как правило, рассчитывали умудренные жизнью красавицы, – провести ночь или две в его постели.

Однако что-то в зеленоглазой блондинке удерживало его внимание. Может, она показалась ему смутно знакомой? Наклон головы… грациозные движения…

В то же время Дариус был уверен – раньше они никогда не встречались, иначе он запомнил бы ее. Вероятно, его привлекла аура отрешенности. Женщина казалась такой воздушной, что могла бы взлететь от малейшего дуновения ветра. Ее руки были тонкими и удивительно изящными, над вырезом черного платья выступали угловатые ключицы.

На выразительном лице с высокими скулами, прямым носом и пухлыми чувственными губами сияли огромные глаза в обрамлении длинных ресниц, упрямый подбородок указывал на твердый характер. Прямые пряди пепельно-белокурых волос напоминали поток лунного света, вызывая желание коснуться пальцами их шелковистой мягкости.

Поток лунного света?

Он не мог припомнить, чтобы женские волосы когда-нибудь вызывали у него поэтические ассоциации.