Тайна леди Одли

Он лежал на диване в гостиной, читая челмсфордские новости пятидневной давности и попивая холодный пунш из огромного бокала. А вот на его друга гроза произвела совсем иное действие. Мистер Одли страшно удивился, заметив, что тот сидит у открытого окна белый как мел, вперив взгляд в черное небо, прочерченное вспышками молний.

– Эй, Джордж, – окликнул его Роберт, – ты что, боишься молнии?

– Нет, – отрывисто ответил тот.

– Послушай, дружище, многие, даже самые храбрые люди, боятся грозы.

– Ничего я не боюсь.

– Видел бы ты себя, Джордж: бледный, изможденный, глаза ввалились, уставился в небо, как будто увидел там привидение. Говорю тебе, я знаю: ты боишься.

– А я тебе говорю, что нет.

– Джордж Талбойс, ты не только боишься молнии, но и злишься на себя за это, а на меня за то, что я заметил твой страх.

– Роберт Одли, если ты сейчас не заткнешься, я тебе врежу! – крикнул мистер Талбойс и вылетел из комнаты, с силой хлопнув дверью.

Как только Джордж вышел, черные чернильные тучи, сомкнувшиеся над задыхающейся землей, будто крыша из раскаленного железа, разразились бешеными потоками ливня, однако если молодой человек и боялся молнии, то дождя явно не испугался: он выскочил за дверь и около двадцати минут ходил по дороге под проливным дождем, а затем вернулся в гостиницу и поднялся к себе в комнату. Роберт Одли встретил его, промокшего насквозь, на лестничной площадке.

– Идешь спать, Джордж?

– Да.

– У тебя нет свечи.

– Она мне не нужна.

– Взгляни на свою одежду! С тебя течет! Бога ради, зачем ты выходил?

– Я устал и хочу спать. Не мешай.

– Может, выпьешь горячего бренди с водой?

Роберт заступил ему дорогу, беспокоясь, что друг ляжет спать в таком состоянии. Джордж со злостью оттолкнул его и сказал тем же хриплым голосом, какой Роберт заметил у него в Одли-Корте:

– Оставь меня в покое, Роберт Одли, и держись подальше.

Роберт последовал за ним в спальню, однако молодой человек захлопнул дверь у него перед носом, и ему ничего больше не оставалось, кроме как предоставить взбрыкнувшего друга самому себе.

«Джордж разозлился на мое замечание о том, что он боится молнии», – подумал Роберт, спокойно укладываясь в постель, абсолютно равнодушный к раскатам грома и отблескам молнии на зеркальных дверцах шкафа.

Гроза унеслась вдаль, как и не бывало.