Тайна Эвелин

Оглядываясь назад, она поражалась, как умудрилась так плохо подготовиться, ведь было совершенно очевидно, что у Макмиллана на уме. Гостиничный номер в воскресенье – разве от этого можно было ждать чего-нибудь еще? Но, оставшись наедине со своей совестью, Эвелин честно отвечала себе, что ей не приходило в голову, что Макмиллан мог затевать нечто большее, чем простой разговор. А потом было уже поздно.

Когда он похлопал ладонью по дивану рядом с собой, она заартачилась. Эвелин слыхала о таких вещах, как же иначе! Кастинг через постель.

Все знали кого-нибудь, кто через такое проходил. Но это, уговаривала она себя, совсем другой сценарий, и упорно отказывалась пододвигаться к Рори: нет, она не из таких актрис! Она получит роль в силу своих достоинств, иначе она ей не нужна.

Он уважительно отнесся к ее сопротивлению, улыбался, как будто признавал обоснованность ее упорства, она была даже довольна собой. Эвелин показала ему, что серьезно относится к своей карьере и не намерена ничего добиваться через постель.

Он ее понимал, более того, проникся к ней уважением.

Потом он завел разговор о своей работе, о знакомых знаменитостях, о своих связях в Голливуде, которыми он не прочь поделиться с ней. От всего этого у Эвелин пошла кругом голова – впрочем, это мог быть и эффект виски. Когда он в третий раз наполнил ее стакан, она уже потеряла им счет. Эвелин старалась пить маленькими глоточками, но это было невозможно при таком натиске Рори.

Когда снаружи совсем стемнело, он встал и выключил верхний свет.

– Зачем он нам? – сказал он. – Так куда приятнее, вы не находите?

После этого Рори уселся с ней рядом. Эвелин попыталась отодвинуться, но при этом ей не хотелось вести себя грубо. Она свела колени и попыталась стать совсем маленькой. Но он положил свою огромную ухоженную лапищу на ее бедро и стал поглаживать его большим пальцем через ткань юбки. Край юбки немного задрался, и она пыталась его одернуть.

Эвелин не была недотрогой, просто совершенно всего этого не хотела. Она надеялась, что Рори правильно расшифрует ее сигналы, но они, видимо, совсем не соответствовали его намерениям, потому что он их игнорировал.

К моменту, когда он навалился на нее и стал целовать в губы, она уже знала, что будет дальше, и успела прикинуть варианты. Их было всего два: позволить событиям развиваться так, как он хочет, или отвергнуть его и уйти.