Татуировка птицы

Его сын был спокойным ребенком и не хныкал по пустякам. Но на этот раз он надрывался, потому что горел и у него чесалось все тело, покрывшееся красными пятнами. Элиас поспешил с ним в поликлинику. Врач прописал жаропонижающее, предупредив, что ребенок нуждается по меньшей мере в недельном уходе.

Элиас не переживал, так как видел, как улучшается состояние сына с каждым днем. Он развлекал его и шутил:

– Вот приспичило же кори твоей так не вовремя, сынок!

Когда ребенок спал, мысли Элиаса были обращены к Элин.

Вспоминает ли она о нем? Расстроилась ли она, что он не пришел, как обещал? Нет, ну с чего же ей скучать по нему, ведь они провели друг с другом не так много времени! Но он-то весь извелся!

Семь дней Элиас не выходил из дома, а на восьмой пришла Сана и с порога запричитала:

– Что стряслось? Не заходишь и Яхью ко мне не приносишь! Роля о нем постоянно спрашивает.

– Он корью болел, а это заразно, – ответил Элиас, приглашая сестру на кухню, где он готовил сыну еду.

Яхья сидел там же в детском высоком стульчике. – ?Он выздоровел. Но в понедельник надо показаться врачу. Если все хорошо, во вторник утром его у тебя оставлю. Приду рано. Поеду в деревню. Нужно успеть до полуденного зноя.

Сана ущипнула за щечку испачканного супом Яхью.

– Все с ним в порядке. Свеж, как цветок.

– Видела бы ты этот цветок неделю тому назад. Весь красный был, как мак.

Вечером, уложив ребенка, Элиас присел на кровать и замечтался о горной деревушке, которая уже сотню лет привлекает гостей на праздник птиц.

В этом году Элиас его пропустил. Как теперь явиться с опозданием? И главный вопрос: будет ли Элин рада его визиту? Или для нее он очередной никчемный турист?

Элиас вернулся на кухню. Там в клетке сидела самка кеклика. Глаза птицы будто подведены сурьмой, полосатое, отливающее всей гаммой коричневого оперение. Ее клокотание оживляло дом. За птицу можно было выручить хорошие деньги, если продать, как остальных, но Элиас с прошлого года держал ее в качестве домашнего питомца.

Боже мой, если Элин и ее семья узнают, что все это время у него на кухне забавы ради стояла клетка с кекликом, не будут ли они его презирать?

День 10 августа 1999 года, который выпал на вторник, был таким же полыхающим и жарким, как остальные дни того длинного лета. Но от прикосновения горячих солнечных лучей Элиас почему-то чувствовал себя счастливым и полным сил.