Творец слез

Из гостиной вслед за мной летела волна беспорядочных звуков.

Паника затуманила мой ум, но в памяти неожиданно всплыл давно забытый разговор…

– Я его боюсь.

– Кого?

Питер не ответил. Он был застенчивым, тощим и очень пугливым. Но на этот раз его глазки кричали о каком-то другом страхе.

– Его…

Хоть я и была маленькой девочкой, но знала, о ком говорит Питер. Многие боялись Ригеля, потому что он был странным даже на фоне таких ненормальных детей, как мы.

– С ним что-то не так.

– То есть? Ты о чем? – неуверенно спросила я.

– Он злой, – поежился Питер, – устраивает драки и делает всем больно, потому что ему это нравится. Я видел, как он рвет траву – как чокнутый. Он выдергивал ее из земли, как зверь. Он злой, жестокий и может делать только всякие гадости.

– Не бойся его, – успокоила я Питера дрожащим голосом, – ведь ты никогда ему ничего плохого не делал…

– А ты? Разве ты ему что-нибудь плохое сделала?

Я кусала пластыри на пальцах, не находя, что ответить. Ригель часто доводил меня до слез, не знаю почему.

С каждым днем наша с ним история все больше походила на легенду, которую нам рассказывали перед сном.

– Ты его не видишь, – прошептал Питер, чуть ли не плача, – ты его не слышишь, а я… я живу с ним в одной комнате. – Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, и выражение его личика меня испугало. – Ты не представляешь, сколько вещей он разорвал на части без всякой причины. Он просыпался среди ночи и кричал, чтобы я ушел. Ты видела хоть раз, как он улыбается? Видела его ухмылку? Так у нас никто не улыбается.

Он чокнутый и злой. Он жестокий, Ника! Нам всем нужно держаться от него подальше.

Глава 12. Акрасия[2 - Акрасия (др.-греч. ??????? – «слабоволие, несдержанность») – философский термин; совершение человеком не того поступка, который кажется ему наиболее правильным, а другого.]

Тот, кто рычит, шипит и царапается, обычно самое уязвимое существо.

«Злой и жестокий» – вот как Ригеля когда-то описали. Такова оборотная сторона человека, который умело манипулирует теми, кого хочет очаровать.

Я видела кровь на руках Ригеля, царапины на его лице, ярость в глазах, когда он с кем-то дрался. Он рычал на меня, чтобы я не подходила к нему близко, но его мрачная насмешливая улыбка, казалось, призывала меня поступить иначе.

Он не был принцем – он был волком. Но, наверное, все волки выглядят прекрасными и хорошо воспитанными принцами, иначе Красная Шапочка не дала бы себя обмануть.