Темные празднества

Она начала ревновать и сделала эту куклу, чтобы меня наказать.

Я чуть не вскакиваю на ноги, когда Хим закатывает глаза в ответ на ее оправдание. Многих обвиненных в ведьмовстве подставили именно таким образом, и эта сцена не вызывает у меня никаких сомнений.

Уилл наклоняется, слушая рассказ леди Кэтрин. Затем, откинувшись назад, он задает ей вопрос:

– Как вы ответите на обвинение в том, что лорд Тевершем умер с вашим именем на устах?

Глядя на мужа, леди Кэтрин отвечает судье:

– Мой свекр больше всего любил мою мать, которая была служанкой леди Тевершем до того, как умерла два года назад.

Нас с ней зовут одинаково.

Леди Тевершем заметно съеживается от стыда, а ее сын широко улыбается жене.

– Очень удобный ответ, – говорит мистер Хим, поднимаясь со своего места. – Но я вам просто-напросто не верю. Вы – ведьма, и вы использовали свои темные искусства, чтобы убить лорда Тевершема и выйти замуж за его наследника.

В ответ на эту реплику лорд Гилберт тоже встает.

– Моя жена – не ведьма, а я – не тот человек, которого легко поработить с помощью колдовства.

Толпа разражается хохотом, а мистер Хим, похоже, собирается до конца стоять на своем, пока Уилл не завершает заседание суда:

– Вы ведь знаете мою репутацию. Я прошу вас поразмыслить над доказательствами, которых в данный момент практически нет, и снять с леди Кэтрин все обвинения.

Леди Кэтрин остается на скамье подсудимых, а присяжные собираются в углу, чтобы решить ее судьбу. Даже если бы я был драматургом, мне было бы довольно сложно придумать для этой истории счастливый конец.

Уилл сделал для нее все что мог, но теперь ее будущее – не в его руках. В это мгновение он так же бессилен, как и я.

Мистер Эдмундс встает, и его обмен ободряющими кивками с леди Тевершем лишь ослабляет мои надежды.

– Мы, присяжные, признаем леди Кэтрин виновной.

Мистер Хим с облегчением чертыхается, пока леди Кэтрин стоит, застыв в онемении. Леди Тевершем улыбается, но настроение в зале весьма подавленное. Она невиновна, и эту точку зрения разделяют некоторые присутствующие.

Они тихонько высказывают свои сомнения в приговоре под всеобщие аплодисменты. Я смотрю на ликующую толпу. Они воспринимают этот фарс как пьесу, словно леди Кэтрин воскреснет перед следующим представлением.

– Леди Кэтрин, – протягивает Уилл, а затем кашляет, и сожаление в его голосе исчезает. – Вы были признаны виновной в убийстве и колдовстве. По законам страны я вынужден приговорить вас к казни.