Тепло твоих губ

– Не думаю, что это хорошая идея, – возразила Мика, искоса взглянув на Джеми, кузена Дрю. Те были близки, словно родные братья, и потому Джеми понимал чувства Мики, как никто другой, но, как все мужчины, был сдержанным человеком и потому лишь неопределенно пожал плечами, предоставив Мике выпутываться из создавшегося положения самой.

– Мика, ты тоже должна выбросить из головы эти печальные мысли. Он всегда хотел, чтобы ты была веселой и беззаботной.

– Да, если бы Дрю увидел свою любимую Мику подавленной и мрачной, просто сошел бы с ума от горя, – вставил Джош, с нежностью взглянул на Мику и обнял ее за плечи.

Все эти годы Мика сдерживала чувства. Казалось, ей даже удалось смириться с утратой. Почему же сегодня сердце разрывается от мучительной тоски? Еще ни разу за все эти десять лет она не чувствовала такого отчаяния и горечи.

Порыв холодного, пронизывающего ветра чуть не сбил ее с ног. Она застегнула пальто до самого ворота и прижалась к Джошу. Его большое сильное тело могло защитить от пронизывающего октябрьского ветра, словно стена.

– Ты замерзла? – Джош притянул Мику к себе и с нежностью погладил по руке. – Почему ты не отвечала на мои эсэмэски? Не хотелось со мной общаться?

– Дело не в этом.

– Значит, ты не отрицаешь, что читала мои сообщения? Почему не отвечала на них?

– Честно говоря, мне сегодня действительно тяжело общаться с кем бы то ни было.

– Признайся, опять объедалась мороженым?

– Не твое дело.

– Ну и что с тобой делать? – Джош обнял Мику и одарил ее обворожительной улыбкой.

– Вообще-то пытаюсь бороться с этой слабостью, – сказала Мика. – За последние месяцы я набрала несколько фунтов и теперь с трудом влезаю даже в трикотажные брюки.

– Вот ужас! – рассмеявшись, воскликнул Джош.

– Ничего смешного, – одернула Мика.

Джош понял, что его смех обидел Мику, и поспешил перевести разговор на другую тему.

Каждый год шестого октября Мика и четверо ее друзей отмечали годовщину смерти Дрю в «их» пабе в центре Бостона. На этот раз все должно было быть так же, как раньше. Однако Мике казалось, что сегодняшний день памяти станет для нее тяжелее предыдущих. Она не понимала, почему так происходит.