Территория чудовищ. Путеводитель для осторожных туристов

Чуть проржавевшие, крутящиеся чуть медленней, со странными сбоями в давно знакомом порядке и откуда-то взявшейся нерешительностью, словно все они боялись сломать что-нибудь в излишней спешке. Когда Вэйвэй все же удавалось мельком взглянуть на Алексея, тот каждый раз куда-то спешил с неугомонной энергией, скопившейся за долгие месяцы бездействия.

– Первая проверка? – спрашивает она, чтобы заполнить тишину, и бросает взгляд на настенные часы: на две минуты раньше срока.

– Да, первая, – отвечает он.

День механика состоит из бесконечных проверок по неукоснительному распорядку, когда тщательно изучается каждый узел сложного механизма, подкрепляя тем самым уверения компании в полной надежности поезда.

– Их теперь вдвое больше… У нас не останется времени для себя.

Они говорят на особом поездном языке, причудливом смешении русского, китайского и английского, возникшем еще во время строительства дороги, хотя компания это не одобряет и требует пользоваться английским.

– Можно решить, что тебе не доверяют, – необдуманно говорит Вэйвэй и тут же замечает, как помрачнело лицо Алексея. – То есть я хотела сказать…

– Пустяки.

Взмахом руки он отбрасывает дурные мысли, и Вэйвэй чувствует острый укол сожаления об утраченной былой легкости. Ее тоже отнял предыдущий рейс.

– Будь осторожна, Чжан.

Кажется, он хочет сказать что-то еще, но в этот момент бьют часы и Алексей, как истинный человек поезда, не может не подчиниться сигналу.

– Просто будь осторожна, – повторяет он, и Вэйвэй мгновенно ощетинивается от намека на то, что на самом деле она не такова.

Она направляется в другую сторону, к комнатам команды, где обычно можно найти тех, кто свободен от дежурства. Кто-то играет в кости, другие разлеживаются на койках или жадно глотают рисовый суп в крохотной столовой. Здесь такая же теснота и суета, как и во всем поезде, но в дальнем конце вагона есть маленький алтарь с иконой святой Матильды и статуэткой Юань Гуя.

Святая и бог присматривают за туристами и поездным народом, а те, хоть и полагаются больше на механизмы и машинное масло, считают, что почтительное отношение к сверхъестественным силам тоже не повредит. В конце концов, разве увиденное ими в Запустенье менее сверхъестественно, чем эти люди, по слухам некогда творившие чудеса?

Вэйвэй замечает, как один из стюардов склоняется над алтарем и украдкой что-то на нем оставляет.