Только во имя любви

Без стука ворвавшись в освещенный солнцем кабинет и встретившись взглядом с человеком, сидящим за столом, она подумала, что попала в параллельную реальность.

Антонио Кавелли.

Что он здесь делает? Смущенная, она пыталась переварить это, цепляясь за ребенка как за последнюю защиту от безумия. Антонио, напротив, выглядел очень расслабленным. Он откинулся в кресле и разговаривал с кем-то по телефону по-итальянски.

– Секунду, – сказал он ей по-английски и указал на стул.

Виктория не пошевелилась. Секретарь у нее за спиной шепотом извинился за ее вторжение, но на него снисходительно махнули рукой.

– Мне кажется, это идеальное решение, – сказал Антонио своему адвокату, разглядывая Викторию с ног до головы и останавливаясь на левой руке, желая убедиться, что там нет кольца. – Не пойми меня неправильно, Роберто. Этот брак будет существовать только на бумаге. Как только отец отдаст компанию мне, я разведусь. Самое главное – у нее есть ребенок. – Его взгляд остановился на мальчике, и он заметил, как она прижимает его к себе, словно защищая.

 – Я все прочитал, Роберто. Старик забыл указать, что ребенок должен быть кровным потомком Кавелли. Так что брак по расчету с женщиной, у которой уже есть ребенок, – отличное решение.

Губы Антонио тронула победная улыбка, когда он представил ужас отца, когда тот осознает свою ошибку, но ничего не сможет поделать. Идеальная месть. Антонио едва сдерживался, чтобы прямо сейчас не представить отцу эту женщину и ее незаконного ребенка как своих жену и сына.

– Передаю все в твои надежные руки, Роберто.

Мне немедленно нужны не допускающий двойного трактования договор и добрачный контракт. – Он заглянул в календарь. – В понедельник я лечу домой, тогда же можно сыграть свадьбу, у меня как раз есть пара свободных часов до вылета, так что у тебя неделя, чтобы все уладить. Я узнаю все детали и сообщу тебе.

Антонио положил трубку, и воцарилась ледяная тишина. Виктория смотрела на него, подозрительно прищурившись, готовая к прыжку.

– Присаживайтесь.

 – Он указал на стул напротив него, но она снова не сдвинулась с места.

Она не поняла ни слова из его разговора, но заметила, как он разглядывал ее, словно оценивая. Как он смел так смотреть на нее? Кем он себя возомнил?

– Так что здесь все-таки происходит? – Ее голос дрожал, и она ненавидела себя за это. – Я вижу, что вы человек, стоящий за этой захватнической сделкой, – она гордо вздернула голову, – и прикрывающийся именем другой компании.

– Я и есть «Лансье».