Травница

Она тоже травница и помогает мне в делах, – представила ее миссис Уэлш.

– Здравствуй, Иден. Приятно познакомиться, – несмотря на слабость, вежливо отозвалась старушка.

– Салли, милая, тебе сейчас нелегко, – с сочувствием произнесла миссис Уэлш.

– Пожалуй, сегодня у меня выдался не лучший денек, Хейзел, – промолвила больная в сдержанной английской манере.

– Продолжай пить то, что доктор прописал, хотя я думаю, что есть кое-что, чего медицина не в силах вылечить. Нам нужно исправить эту оплошность, чтобы тебе не стало хуже и чтобы ты не ослабла еще больше.

Пей снадобье по три раза в день в течение двух дней. А потом сутки пей только мясной бульон, и тебе полегчает, а мы позаботимся о том, чтобы придать тебе сил, милая. Хорошо?

– Спасибо, Хейзел, – с явным облегчением выдохнула Салли, уверенная, что теперь, когда подруга взялась за дело, она наконец поправится.

Мистер Хенуэй снова горячо поблагодарил Хейзел, протянул ей пачку купюр и проводил их с Иден до двери.

Иден была так впечатлена, что не могла уснуть. Рассказы о сожженных на костре ведьмах, экстренная помощь заболевшей соседке, приготовление снадобья по рецепту, прошедшему сквозь века… и это странное покалывание во всем теле, которое Иден испытала на кухне миссис Уэлш. Она чувствовала себя гораздо более живой и вдохновленной, чем в предыдущие годы. Они снова встретятся через несколько дней, а Иден уже не могла дождаться, когда она сможет записать рассказы миссис Уэлш, переписать рецепты, и наконец узнает все о портрете на стене.

Глава 5

В это время на Род-Айленде Сьюзан Харрисон шла с работы домой. Она сдала двенадцатичасовую смену в больнице и теперь возвращалась с пакетами, полными продуктов на выходные.

День был чудесный и солнечный, и Сьюзан думала, что нет ничего прекраснее Новой Англии в осеннюю пору. Ее небольшой, выкрашенный белой краской дом прятался среди дубов-исполинов и кленовых деревьев, листья которых, охваченные желто-оранжевым пожаром, трепетали на фоне лазурно-голубого ноябрьского неба.

У нее дома было уютно и чисто, и Сьюзан находила умиротворение в том, что ей посчастливилось прожить здесь так много лет. Улицы, здания, сам город – словно добрые знакомые, они утешали ее в те дни, когда ей было одиноко.

Свернув на ведущую к дому дорожку, она глубоко вдохнула свежий воздух, ощутила запах сухих листьев. Она подняла глаза и вдруг остановилась как вкопанная.