Трилогия Харканаса. Книга 1. Кузница Тьмы

Собственно, кто еще мог бы встать рядом с повелителем Урусандером, подобно призраку брата оберегая рукопожатие, которое соединит Матерь-Тьму с командиром легиона? Кому, кроме Кагамандры Туласа, хватило бы отваги и скромности, чтобы удостоиться подобной чести от Урусандера? И разве сама Матерь-Тьма не совершила выдающийся жест, выразив признательность тому, кто спас жизнь Сильхаса Гиблого? Шаренас не сомневалась, что Тулас вскоре и впрямь окажется около трона, положив руку в перчатке на потертую рукоять меча и окидывая пустым взглядом тронный зал в поисках вызова, который никто не осмелится ему бросить.

Однако, несмотря на все это, он станет ужасным мужем для любой женщины, придавая горький вкус каждой политической выгоде.

Возьмет ли он в жены Фарор Хенд? Похоже, решение уже было принято и высечено глубоко в камне, твердое, как воля каменщика. Шаренас между делом прикинула, не удастся ли ей что-нибудь придумать, дабы избавить Фарор от жизни в тоске и одиночестве. До Кагамандры нельзя было добраться, его невозможно было опорочить: подобное выглядело просто немыслимым, сколь бы сладостным ни казался возможный триумф.

Оставалась сама Фарор Хенд. Шаренас почти ничего не знала про невесту Туласа, за исключением того, что девушка происходила из рода Дюравов. Рядовая смотрительница Внешних пределов – вряд ли она от хорошей жизни поступила туда на службу.

«Вот только ну не странно ли… – подумала Шаренас. – Как Фарор поступила, прибыв сюда? Буквально через несколько дней после помолвки предпочла добровольное изгнание из Харканаса.

Ха! Кажется, я понимаю. Она от него сбежала. Прочь отсюда, как можно дальше от Туласа. Ну просто великолепно. Фарор Хенд, твой жених тебя выследил! Ты еще не дрожишь от волнения? Не падаешь в обморок от столь романтичного поступка?»

Вечер на форпосте обещал быть оживленным. Шаренас собиралась держаться поближе к Хунну Раалу, когда тот будет говорить с командиром смотрителей, желая заключить союз с Калатом Хустейном. Но сколь бы ни захватывающей могла оказаться эта беседа, ее теперь куда больше интересовала драматическая – или даже мелодраматическая – встреча жениха и невесты.

Бедняжка Фарор Хенд. Наверняка это станет для нее ударом. Причем весьма болезненным.

Шаренас готова была ее утешить, выслушать с пониманием и без осуждения – к кому еще осмелится обратиться Фарор на этом уединенном форпосте?

«Поведай мне свои тайны, сестра, и мы вместе придумаем, как выпутаться из этого кошмара.