Троецарствие. Том 1

Хэ Цзинь скудоумный виновен, что трое князей появились:

Злодея убить собираясь, призвал он на помощь воров.

Изгнали шакала и выдру, их тигры и волки сменили,

Разврат насаждали мерзавцы из западных округов.

Ван Юнь, простодушный и честный, поверил рассказам обманным

И тем меж Дун Чжо и Лю Бу посеял великий разлад.

И сами верхи управленья нарушили мир в Поднебесной.

Кто ж знал, что Го Сы с Ли Цзюэ в душе своей злобу таят!

Что делать, когда в государстве шиповник с терновником бьется

И шесть именитых придворных тоскуют о новой войне?

А раз уже мысли смешались и с правильной сбились дороги,

Чужие герои наносят кровавые раны стране.

Кто станет князьями в грядущем, решает борьбы направленье,

Из кубка все пьют золотого, долины и горы деля.

Меж тем разрушается тело, и печень становится прахом,

И неотомщенною кровью покрылась родная земля.

Читаю предания эти, исполненный горькой печали.

Сейчас, как и древле, вздыхают о том, что навеки ушло.

Правитель хранить должен свято заветы, ведущие к благу.

А кто из сановников знатных удержит правленья весло?

Го Сы успеха в бою не имел и отступил. Тогда Ли Цзюэ перевез императора и императрицу в Мэйу и поручил своему племяннику Ли Сяню охранять их, запретив к ним всякий доступ.

Придворные, слуги и евнухи отощали от голода. Император передал Ли Цзюэ просьбу прислать пять ху[70 - Ху – мера объема для сыпучих тел, равная 103 литрам.] риса и пять быков, чтобы накормить своих приближенных.

– И так мы кормим их утром и вечером! – вышел из себя Ли Цзюэ.

И он приказал выдать тухлое мясо и прелый рис, которые распространяли такое зловоние, что их невозможно было есть.

– Вот до каких оскорблений дошли эти разбойники! – в гневе вскричал император.

– У Ли Цзюэ жестокий характер, – сказал ши-чжун Ян Бяо. – Но если уж так сложились обстоятельства, то придется пока потерпеть. Не стоит раздражать его.

Император молча поник головой, и слезы закапали на его одежды. В этот момент приближенные доложили:

– На помощь нам идет армия! Копья и мечи сверкают на солнце, гром гонгов и барабанов потрясает небо!

Но оказалось, что к крепости подходил Го Сы, и император вновь обратился от радости к отчаянию.

– Я ведь хорошо относился к тебе! – кричал Ли Цзюэ, выезжая вперед. – Почему ты задумал погубить меня?

– Ты мятежник, как же тебя не убить? – отвечал Го Сы.