Троецарствие. Том 1

Она послала за своим братом и, когда тот пришел, тайком сказала ему:

– Мы с тобой люди низкого происхождения, и, если бы не Чжан Жан, как бы мы приобрели богатство и знатность? Цзянь Ши погиб из-за своей жестокости, и поделом ему! Но зачем слушаться чьих-то наговоров и убивать всех евнухов?

Выслушав императрицу, Хэ Цзинь созвал чиновников и объявил им:

– Цзянь Ши замышлял меня убить – уничтожьте весь его род, остальных евнухов оставьте.

– Если не вырвать эту сорную траву с корнем, мы сами погибнем, – возразил Юань Шао.

– Я уже объявил свое решение и больше не хочу ничего слушать, – оборвал его Хэ Цзинь, и чиновники разошлись.

Через несколько дней императрица Хэ назначила Хэ Цзиня на должность шан-шу[27 - Шан-шу – высший сановник, ведавший корреспонденцией и перепиской императорского двора.], другие его приверженцы тоже получили высокие посты.

Тогда вдовствующая императрица Дун пригласила Чжан Жана и других евнухов к себе во дворец на совет.

– Я первая возвысила сестру Хэ Цзиня, – сказала она.

 – Теперь сын ее на троне, все сановники ее поддерживают, и влияние ее возросло очень сильно. Как же быть нам?

– Матушка, вы можете управлять государственными делами негласно, – сказал Чжан Жан. – Дайте сыну императора Се титул вана, назначьте своего брата Дун Чжуна на высокую военную должность, наконец, используйте нас, и тогда можно будет вершить великие дела!

На следующий день вдовствующая императрица Дун созвала двор и объявила сына императора Се ваном Чэнь-лю, а Дун Чжуну присвоила звание бяо-ци-цзян-цзюнь[28 - Бяо-ци-цзян-цзюнь – дословно: «военачальник пегого коня».

Высшее воинское звание, дававшееся членам императорской семьи.]. Чжан Жан и другие евнухи снова взяли бразды правления в свои руки.

Императрица Хэ пришла в волнение. Она устроила пир в своем дворце и пригласила вдовствующую императрицу Дун. В разгар пира императрица Хэ встала, подняла кубок и сказала:

– Мы – женщины, и вмешиваться в государственные дела нам не следует.

Ведь в старину, когда императрица Люй-хоу* взяла слишком большую власть, весь ее род – более тысячи человек – был уничтожен. Нам, женщинам, следует жить в своих покоях, а великие дела предоставить государственным мужам – так будет лучше для Поднебесной. Полагаю, что вы поступите именно таким образом.

– Это ты из ревности отравила красавицу Ван, а теперь с помощью брата посадила на престол сына! – в гневе воскликнула императрица Дун.