Троецарствие. Том 1

Его ослепило яркое сияние, поднимавшееся к небу из-за стога соломы.

– Чьи вы дети? – спросил хозяин, подойдя поближе и заметив мальчиков.

Император был слишком напуган и молчал, а ван Чэнь-лю, указывая на него, произнес:

– Это наш император – он бежал из-за смуты, поднятой евнухами. А я – его брат, ван Чэнь-лю.

Взволнованный хозяин, низко кланяясь, сказал:

– Я – Цуй И, брат бывшего сы-ту Цуй Ле. Я возненавидел евнухов, когда узнал, что они продают должности, и поэтому скрываюсь здесь.

Он ввел императора в дом, опустился перед ним на колени и предложил пищу и вино.

В ту же ночь Минь Гун, преследовавший Дуань Гуя, догнал его и спросил, где Сын неба. Дуань Гуй отвечал, что потерял его на полдороге и ничего о нем не знает. Без дальнейших разговоров Минь Гун уложил евнуха на месте, повесил его отрубленную голову на шею своего коня, затем разослал людей во все стороны и сам тоже отправился на поиски.

Так, едучи в одиночестве, он оказался возле дома Цуй И. Отвечая на расспросы хозяина, Минь Гун рассказал ему обо всем.

– Поднебесная ни одного дня не может оставаться без повелителя, – сказал Минь Гун. – Прошу вас, государь, возвратиться в столицу.

У Цуй И была только одна тощая лошаденка, ее и оседлали для императора. Минь Гун с ваном Чэнь-лю сели на одного коня, и немедля все двинулись в путь. Не проехали они и трех ли, как их встретили сы-ту Ван Юнь и другие чиновники. Никто не мог удержать слез.

Вперед был послан гонец с головой Дуань Гуя, чтобы выставить ее напоказ в столице. Императору и вану подали отличных коней. Так Сын неба возвращался в столицу.

Но вскоре на пути всадников возник лес знамен, заслонивших солнце, тучи пыли закрыли небо – навстречу двигался отряд войск. Сановники побледнели. Император тоже очень испугался. Юань Шао поспешил узнать, что это за люди. Из-под сени знамен выехал военачальник и зычным голосом спросил:

– Где Сын неба?

Император в страхе молчал.

– Эй, пришельцы, кто вы такие?

– Дун Чжо – цы-ши округа Силян, – отвечал Дун Чжо.

– Ты явился грабить или охранять нас? – спросил ван Чэнь-лю.

– Я прибыл охранять особу императора, – сказал Дун Чжо.

– Если так, почему же ты не сходишь с коня? – воскликнул ван Чэнь-лю. – Император здесь!

Дун Чжо всполошился, проворно соскочил с коня и, поклонившись, стал у левой обочины дороги.