Трон змей

Король не хотел, чтобы брат знал о его чувствах. Ему стоило проявлять большую осторожность. Он может погибнуть, если кто-то поймет, насколько сильно он одержим своей обожаемой женой.

Мягко кашлянув, Каллес выпустил Рен из объятий и изящно поклонился, несмотря на опьянение.

– Я знаю, когда стоит откланяться, – сказал он и побрел сквозь толпу танцоров, одновременно вынимая из-за пазухи серебряную фляжку.

Дурак.

Все взгляды были направлены на нового короля и его королеву. Аррик мягко коснулся локтя Рен и повел ее к выходу из церемониального зала.

Он устал от необходимости делить свою жену с другими людьми. За последние несколько дней они почти не виделись друг с другом.

Рен недовольно цокнула языком:

– Кто сказал, что я готова уходить?

– Я. Мне надоел этот шум.

Все больше и больше людей начали замечать, что король и королева уходят. Воздух наполнился криками, улюлюканьем и аплодисментами.

Аррик подавил улыбку, заметив, как покраснела его жена. Но Рен не опустила голову.

Ему нравилось, что в некоторых вопросах она все еще оставалась совсем невинной.

– Я понимаю, о чем ты, – признала Рен, когда они вышли в коридор. Их тут же бесшумными призраками окружили стражи. – Куда мы идем?

– В мои покои. – Аррик улыбнулся: – В наши покои.

Румянец на лице Рен стал еще ярче, а ее шаг замедлился и стал более зажатым, когда они приблизились к коридору, ведущему в комнаты Аррика. Он знал почему, но решил никак это не комментировать.

– Что такого смешного сказал тебе Каллес?

Рен весело фыркнула.

– Скажи мне, Аррик, – сердце Аррика забилось чаще, когда его имя слетело с ее губ, – этим вечером ты занимался чем-нибудь полезным или все время наблюдал за мной?

– Значит, ты знала, что я за тобой наблюдал?

– Конечно. Ты следил за мной взглядом, куда бы я ни пошла. В замке на Лорне висел один портрет – я ненавидела его, но он очень нравился моей матери. На нем был изображен мужчина и дракон. Их глаза были нарисованы так, что казалось, будто они следят за всеми, кто ходит по коридору.

Из-за этого портрета меня мучили ночные кошмары.

Аррик рассмеялся. Рен никогда не рассказывала о своей жизни до того, как он все у нее забрал. Он не знал о ней ничего важного. Ничего тривиального. Он не знал, что может ее рассмешить. Не знал, что может ее расстроить.

Он вообще ничего о ней не знал.

Рассказ о теплом воспоминании из ее прошлого стал для Аррика подарком, о котором он и не мечтал.