Трон из пепла

Она низко пригнулась, избегая острого лезвия, и завела руку за спину, скрещивая клинки с Рейланом, который не дал ей возможности сориентироваться. Девушка бросила взгляд через плечо и заметила его глаза, торжествуя при виде удивления в них. Крепче обхватив рукоять меча, Фейт плавно вывернула запястье, и сталь зазвенела о сталь. Губы изогнулись в коварной улыбке, когда они оказались лицом к лицу со скрещенными между ними клинками.

– Вы медлите, генерал. – Фейт оттолкнулась от него, и он позволил ей вести битву серией атак.

– Может, я просто берегу вас, принцесса.

Насмешка только подталкивала стереть самодовольное выражение с его лица. Тогда как Фейт напрягалась и просчитывала каждый шаг, Рейлан уклонялся так легко и грациозно, что было трудно не восхищаться его движениями и игрой мышц. И хотя он парировал удары, но продолжал оценивать ее технику, изучать последовательность приемов, которым обучал все два месяца пребывания принцессы в Райенелле.

Полное погружение в битву лучше всего помогало Фейт отвлечься от тоски по друзьям и Хай-Фэрроу.

– Пусть так, если эта мысль помогает тебе уснуть. – Она замахнулась, шагая влево, вправо и снова влево, каждый раз опуская меч под новым углом.

Они носились по рингу в волнующем танце опасности и страсти, в то время как мир вокруг исчез.

– Это предложение?

Они извивались и поворачивались. Фейт тяжело дышала, и на долю секунды потеряла концентрацию, не веря в услышанное.

– Ты снова оставляешь левую сторону открытой.

– А твои приемы вызывают жалость, – проворчала она, пиная клинок и снова переходя в наступление.

Но его низкий смех снова отвлек Фейт.

– Низко держишь правый локоть.

Фейт стиснула зубы, стараясь исправить ошибку.

– И необдуманно переносишь вес. Сосредоточься, Фейт.

– Я сосредоточена. – На лбу уже выступил пот, и совсем скоро она слишком глубоко погрузится в свое смертоносное спокойствие, чем доведет тело до физических приделов.

– Вовсе нет, – ровным голосом ответил Рейлан, с легкостью предугадывая и блокируя каждую ее атаку. – Ты думаешь о зрителях и позволяешь страху осуждения пошатнуть самообладание.

Последняя фраза эхом отдалась у нее в голове. Между Фейт и генералом существовала странная связь, благодаря которой она часто улавливала его чувства и с легкостью общалась мысленно.